24 октября в гостинице "Редиссон-Славянская" в Москве прошли Третьи Ходорковские чтения "Российские альтернативы", организованные Международным историко-просветительским, правозащитным и благотворительным обществом "Мемориал", Институтом национального проекта "Общественный договор" и Фондом "Информатика для демократии".

Основная тема чтений была определена как "2003-2008. ЧТО ЖДЕТ СТРАНУ?" (напомним, что темами Первых Ходорковских чтений, состоявшихся 10 июля 2007 года, были "Закон и справедливость", "Либеральная идея и социальные процессы" и "Россия и Запад", а главной темой Вторых чтений, проходивших 6 февраля этого года - выбор российских ценностей на переломе эпох).

Открывая чтения, председатель правления Международного "Мемориала" Арсений Рогинский сказал: "Точкой отсчета мы избрали 2003 год - он был рубежным и знаковым, не в последнюю очередь потому, что именно в этом году был арестован Михаил Борисович Ходороковский. Напомню, что, хотя наша конференция и называется Ходорковские чтения, она посвящена не лично Ходорковскому, а проблемам, которые он ставил и продолжает ставить, проблемам, которые ставит его жизнь и то, что с ним происходит. Обычно о Михаиле Борисовиче мы здесь не говорим, но в этот раз не сказать не можем, потому что завтра исполняется ровно пять лет со дня его ареста".

"В центре всех наших разговоров в последнее время, - рассказал адвокат Ходорковского Юрий Шмидт, - Россия, ее положение в мире и то, что нужно сделать, чтобы это положение улучшилось. Человек, который пять лет сидит в тюрьме, думает о том, как принести пользу своей стране. Он дает советы власти - как я понимаю, достаточно разумные… Он в курсе всех проблем, он читает все, огромное количество периодики - слава Богу, это мы ему обеспечиваем. Ему не хватает эмоционального общения… Я хочу сказать в заключение: не дай Бог кому-то испытать чувство такого бессилия, которое испытывает адвокат, защищающий Ходорковского. Можно испытывать чувство бессилия перед стихией, перед каким-то катаклизмом. Но когда ты понимаешь, что говоришь правильные, убедительные слова, доказываешь эти слова - и сидят люди, подобия людей, которые одно за другим штампуют абсолютно незаконные решения. Эту трагедию я переживаю в течение длительного времени".

Чтения включали три сессии.

На первой сессии - "2003-2008. Результаты, издержки, упущенные возможности" (модератор Лилия Шевцова, Московский Центр Карнеги) - основными выступающими были Татьяна Ворожейкина (Московская Высшая школа социальных и экономических наук), Лев Гудков (Левада-центр), Эмиль Паин (Центр этнополитических и региональных исследований) и польский политик и общественный деятель, редактор "Газеты выборчей" Адам Михник.

На второй сессии президент Фонда "ИНДЕМ" Георгий Сатаров и научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин представили результаты блиц-исследования, проведенного группой экспертов, экономистов и социологов, "Сценарии для России 2008-2009".

Основными выступающими третьей сессии - "Демократия как проблема" (модератор Мария Липман, Московский Центр Карнеги) - были Александр Аузан (Институт национального проекта "Общественный договор"), Алексей Кара-Мурза (Институт философии РАН) и Сергей Ковалев (Российский "Мемориал").

Полная стенограмма чтений готовится к публикации.

Приводим расшифровку выступления польского гостя форума - Адама Михника. Выдающийся историк, политик и публицист говорил на русском языке.

Лилия Шевцова (модератор сессии): Как Вы смотрите оттуда на нас, на наши страхи и фобии, боитесь ли Вы нас?

Адам Михник: Большое спасибо! Не надо бояться, потому что страх - это плохой советник. И я буду говорить без страха. Извините меня за то, что мой русский язык немножко из-под татарского ига. Во-первых, я хотел сказать, что для меня это великая честь - что меня позвали сюда и что мы сидим сегодня вместе.

Я скажу то, что я много раз говорил на моей родине: то, я что настоящий антисоветский русофил. (Смех, аплодисменты). Это значит, что мои друзья в Польше были абсолютно против Советского Союза, но за русских людей. Во-вторых, я бы попросил г-на Шмидта, чтобы он передал Михаилу Ходорковскому презент от людей из Польши, которые следят за тем, что происходит, и между ними есть тоже настоящие бывшие заключенные, и потому мы можем прекрасно понимать его судьбу.

Во-первых, я хотел вам сказать, что Россия - интересная страна в мире, но система власти - это не оригинальная русская идея, в том смысле, что Владимир Путин - просто эпигон Александра Лукашенко. Лукашенко был первый, он был учитель. Если говорить о путинизме как системе, то эта модель существует во всех странах посткоммунизма. Я не знаю, будет ли мой друг Эмиль Паин со мной согласен, но я имел возможность говорить в Тбилиси с президентом Саакашвили, и я спросил откровенно: "Почему Вы делаете в Грузии, для грузинского общества политику российского президента? Почему Вы - как президент Путин для русских?" Потом он дал интервью французскому журналу "Le Monde" и сказал, что это скандальный вопрос и я говорил с ним как с советским бюрократом. И это была правда. Я, наверно, так с ним и говорил.

И действительно, посмотрите на мою родину, на Польшу. Два года у власти [находилось] правительство путинизма польского типа. Это была такая немножко экзотическая коалиция, где были люди пост-Солидарности, посткоммунисты и постфашисты. Можете себе представить? Но система власти устроена типично по-путински. Что это значит? Во-первых, централизация власти. Идея демократии суверенной - что это значит, суверенная демократия? Значит, есть еще не суверенная. Это значит, что мы можем суверенно сажать в тюрьму наших противников. Мы суверенно и нам не будет ничего говорить кто-то из Страсбурга, Брюсселя и Парижа. Во-вторых, это особая роль спецслужб. Это уничтожение независимых судов. И все это мы видим в Польше, шаг за шагом.

Где разница, я думаю? Почему нам немножко повезло? Разница такая, что у нас наши лидеры, наши близнецы, они думали, что уже всё у них в руках, и пошли на выборы, которые проиграли. Но тут смысл мышления еще существует и никто не знает, что будет.

Но есть еще один интересный аспект. Я согласен, у нас тоже была негативная консолидация. Надо искать, строить, творить врага. И у нас была просто такая волна русофобии и германофобии. И я думаю, что это очень абсурдно. Потому что ни у грузин, ни у поляков, ни у балтов нет такой силы, чтобы выиграть войну с Россией. Я говорю с чисто циничной точки зрения. Так если ты не можешь выиграть войну, надо искать другой путь. С той точки зрения, одна реалистическая программа, уникальная - это искать друзей внутри России. Это для нас всех уникальная программа. С той точки зрения надо посмотреть, какой смысл во внутренней парализации политической деятельности, какой смысл в разжигании этнического напряжения?

Я думаю так, что политическая культура и демократия во всех наших странах очень слабая. И после первого революционного (в смысле интеллектуальном) момента теперь это демократия с советским лицом, с большевистским лицом. Есть демократические институты, но практически нет социальной детерминации, чтобы защищать демократию. И это мы видим во всех странах от Сербии, Хорватии, Польши до Монголии. Так было и в Латинской Америке, но до последней волны демократизации. Когда есть парламент, есть независимая пресса, но нет демократической субстанции. Ну, и конечно, коррупция как неизменная часть системы. Если все ангажированы в коррупционную систему, то все боятся.

В Польше еще один момент очень интересный. Это закон о люстрации, в смысле как искать и разоблачать бывших сексотов - секретных сотрудников [госбезопасности]. И это было самое опасное. Потому что показалось, что самое главное - не моя [реальная] жизнь, а то, что обо мне там написали КГБисты, коммунистической еще эпохи. Если бы вы посмотрели на последний скандал вокруг чешского писателя Милана Кундеры - это самое типичное, а в моей стране было то же самое.

В этом есть логика, наверно. Я-то говорю, что грустно: эти люди [которые занимаются люстрацией] очень часто мои коллеги из тюрьмы, которые вели себя героически во время диктатуры. Но потом они боролись уже не за свободу, а за реванш. И не за власть - за реванш. И тогда я подумал, что это антикоммунизм с большевистским лицом.

Не забывайте, что первая проблема - это борьба за свободу. Вторая - борьба за власть. Третья проблема - борьба за демократию. Демократия - это свобода в рамках правового государства. А в Польше все знают, что государство - это враг, что нет смысла уважать закон.

Я согласен с Эмилем Паином, что для России кризис - не шанс на сегодня. Но для России есть великий шанс, потому что ни ваш президент, ни ваш премьер-министр не имеют брата-близнеца. (Смех, аплодисменты).

Подготовил Николай Гладких,
Международный "Мемориал"