ПРАВОЗАЩИТНЫЙ ЦЕНТР «МЕМОРИАЛ»

MEMORIAL HUMAN RIGHTS CENTER

127051, Россия, Москва, Малый Каретный пер., д. 12
Тел. +7 (495) 225-3118

Факс +7 (495) 624-2025

 

 

31 октября 2008 г.

Версия от 28 октября 2008 г.

 

Специальный пресс-релиз

Правозащитного центра «Мемориал» и центра «Демос»

Гуманитарные последствия вооруженного конфликта на Южном Кавказе.

«Буферная зона» после вывода оттуда российских войск.

(дополненный вариант)

 

 

С 12 по 23 октября 2008 года в Грузии находились представители Правозащитного центра «Мемориал» и Центра «Демос». Они изучали гуманитарные последствия августовского вооруженного конфликта. Основное внимание было сосредоточено на ситуации в бывшей «буферной зоне» сразу после вывода оттуда российских войск.

В ходе поездки представители правозащитных организаций посетили города Тбилиси и Гори, семнадцать сел Горийского района (Каралети, Тквиави, Эргнети, Кицниси, Карби, Мерети, Кошки, Арбо, Дици, Тирдзниси, Мегвекиси, Пхвениси, Вариани, Шиндиси, Квемо-Никози, Земо-Никози, Земо-Хвити), два села Карельского района (Гогети, Пца), а так же Ахалгорский (Ленингорский) район, контролируемый на сегодняшний день властями Южной Осетии. Участники миссии уделяли особое внимание проблеме безопасности мирных жителей пострадавших районов в настоящее время.

На территории бывшей «буферной зоны» были опрошены жители сёл, пострадавших от обстрелов и бомбардировок, от грабежей и поджогов жилых домов. Были взяты подробные интервью у бывших заложников. В Тбилиси в пунктах временного размещения были опрошены люди, вынужденные покинуть места постоянного проживания, в том числе жители грузинских «анклавных» сел на территории Южной Осетии.

Участники миссии встречались с главами администраций населенных пунктов и районов, священнослужителями, а в Тбилиси - с должностными лицами и представителями неправительственных организаций Грузии. Также состоялась краткая беседа с военным комендантом российских войск, дислоцированных в Южной Осетии.

Этой поездке предшествовали выезды в регион Южной Осетии представителей Центра «Демос» (июль и август 2008 г.) и ПЦ «Мемориал» (сентябрь 2008 г.). Итоги работы ПЦ «Мемориал» в зоне конфликта были представлены на пресс-конференции в «Интерфаксе» 11 сентября 2008 г., основные выводы были изложены в пресс-релизе (http://www.memo.ru/hr/hotpoints/osetia/1109082.htm). Кроме того, в 1991 году, во время первой вспышки вооруженного конфликта, в Южной Осетии и прилегающих районах работала группа наблюдателей ПЦ «Мемориал», результаты работы которых представлены в докладе (http://www.memo.ru/hr/hotpoints/osetia/old90.htm).

На основе работы, проделанной миссией в октябре 2008 года, и учитывая результаты предыдущих поездок в зону конфликта, ПЦ «Мемориал» и Центр «Демос» считают возможным сделать выводы, изложенные ниже.

При этом мы не рассматриваем здесь такие общие вопросы, как соотношение принципов территориальной целостности и права народов на самоопределение.

Мы лишь приводим факты, наблюдения, отдельные примеры и цифры, которые не претендуют на исчерпывающий характер.

 

 

1. Вооруженный конфликт, вспыхнувший на Южном Кавказе в августе 2008 года, развивался на протяжении нескольких предшествовавших недель. Артиллерийские перестрелки между грузинской и югоосетинской сторонами активизировались в начале августа и шли по нарастающей, - об этом говорили и местные жители, и грузинские военные. С шестого августа «анклавные» грузинские села Южной Осетии подвергались артиллерийским ударам. Огонь велся и с грузинской стороны. В ходе нашей миссии в Южную Осетию в августе 2008 года было установлено, что с 6 августа в больницу Цхинвали стали поступать многочисленные пострадавшие с осколочными, минно-взрывными и пулевыми ранениями.

Насколько нам известно, грузинская сторона начала готовить войсковую операцию еще за несколько дней до ее начала. 7 августа после очередной неудачной попытки переговоров в Цхинвали, грузинская сторона начала войсковую операцию. Российская сторона в течение предыдущих месяцев также отрабатывала проведение войсковой операции на территории Южной Осетии и переброску войск через Кавказский хребет.

По рассказам очевидцев, во второй половине дня 7 августа со стороны Гори по направлению к Цхинвали двигались грузинские военные колонны. В ночь с 7 на 8 августа грузинская сторона начала обстрел города Цхинвали и нескольких осетинских сел из систем залпового огня, что привело к гибели мирных жителей и большим разрушениям. Грузинские войска осуществляли наступление на Цхинвали, в том числе, и через позиции российских миротворцев. В ту ночь также были обстреляны позиции грузинских миротворцев.

С раннего утра 8 августа грузинские военные предприняли несколько попыток штурма Цхинвали, но каждый раз были вынуждены отойти. Грузинские войска входили на территорию Южной Осетии по нескольким направлениям. Днем 8 августа в Южную Осетию с севера через Рокский тоннель вошли колонны частей 58-й армии российских вооруженных сил. Грузинские войска начали покидать Южную Осетию с вечера 9 августа, а 12 августа они уже оставили Горийский район, - жители сел рассказывают про массовое и довольно беспорядочное отступление. В тот же день российские военные без боя заняли город Гори.

Через несколько дней российские военные выставили блок-посты на основных дорогах, ведущих из Цхинвали в сторону Гори, а также на трансгрузинской магистрали в Горийском и Карельском районах.

Оформилась так называемая «буферная зона», контролируемая российской армией.

Российские военные оставались на территории «буферной зоны», примыкающей к региону Южной Осетии, вплоть до 8-9 октября, когда были сняты все блок-посты и выведены все подразделения.

 

2. Опросы людей, вынужденных бежать из грузинских сел на территории Южной Осетии, проведенные в Тбилиси в пунктах временного размещения, позволяют уточнить картину событий, происходивших там 7-10 августа 2008 г.

Ранее ПЦ «Мемориал» сообщал, основываясь на сделанных в начале сентября опросах немногочисленных местных жителей, остававшихся в этих селах (пресс-релиз от 11 сентября, http://www.memo.ru/hr/hotpoints/osetia/1109082.htm): «грузинское население почти полностью вышло из анклавных сёл накануне ввода в Южную Осетию грузинской армии, по настоятельным советам местной прогрузинской администрации, которая обещала им скорое возвращение».

Однако опрошенные в Тбилиси бывшие жители сел Эредви, Кехви, Тамарашени, Курта говорили, что до них не доходили никакие призывы о необходимости покинуть села. Несмотря на то, что к 8 августа многие жители этих сел выехали оттуда, спасаясь от усиливавшихся обстрелов, там оставались люди. В результате с началом широкомасштабных боевых действий мирные жители гибли или были ранены. И те, кто оставался в сёлах, и те, кто пытался бежать, попадали под бомбежки и артиллерийские удары. Так, например, в селе Курта при взрыве бомбы или снаряда во дворе церкви погибли до десяти человек, - участники миссии беседовали с двумя ранеными при этом женщинами.

9-10 августа, когда российские войска и югоосетинские вооруженные формирования вошли в эти села, там оставались те, кто по тем или иным причинам не смог или не пожелал уйти, - прежде всего, грузинские старики и смешанные семьи.

Практически сразу же вооруженные люди начали грабить и поджигать жилые дома. К концу августа были практически уничтожены села Кехви, Курта, Ачабети, Тамарашени, Эредви, Ванати, Авневи, Нули.

 

3. Уже 8 августа, с началом масштабных боевых действий, населенные пункты примыкающего к территории Южной Осетии Горийского района (частично вошедшие затем в так называемую «буферную зону») подверглись бомбардировке с воздуха, артиллерийским и ракетным ударам, повлекшим разрушения домов и жертвы среди жителей.

Обстрелы и бомбежки продолжались вплоть до 12 августа, - официального завершения «операции по принуждению к миру».

Наиболее известны бомбардировки и обстрелы по городу Гори 9 и 12 августа. Всего от ударов по центральной площади и по жилым домам, расположенным недалеко от грузинской военной базы, погибли 39 мирных жителя.

Огонь велся и по селам Горийского района. Так, например, в селе Тквиави в результате ракетного удара 11 августа был полностью разрушен целый квартал – 13 домов, еще четыре дома были серьезно повреждены.

В селе Карби в результате ракетных ударов (предположительно, реактивной системы залпового огня «Смерч») 8 августа были разрушены, как минимум, шесть домов, погибли восемь мирных жителей, - в основном, пожилые люди, в том числе - две женщины.

Очевидно, что обстрелы и бомбардировки этих сел до 12 августа вели российские войска. То, что по дорогам через эти села грузинские войска 7 августа выдвигались к Южной Осетии, а 12 августа отступали оттуда, не оправдывает неизбирательное ведение огня по жилым домам, ответственность за которое несет командование российских войск.

Иная ситуация сложилась в селах Земо-Хвити, Земо-Никози и Квемо-Никози, примыкающих к Южной Осетии. В этих сёлах или на их окраинах с 7 августа находились грузинские войска, которые пытались обороняться при входе российских войск в Горийский район (нигде более на территории «буферной зоны» вооружённого сопротивления грузинские войска не оказывали). Здесь от огня танков и артиллерии также были разрушены дома и гибли люди. Так, в Земо-Хвити погибли 8 человек, все - пожилые люди, среди которых - две женщины. Однако в настоящее время невозможно ни установить, чьими выстрелами были разрушены дома и убиты люди, ни выяснить, имело ли место неизбирательное ведение огня. Например, участники миссии выяснили, что в разрушенной огнем российской артиллерии школе в селе Квемо-Никози располагались грузинские военные.

 

4. Сломив сопротивление грузинских войск в селе Никози, 12 августа части российской армии вошли в Горийский район и двинулись через сёла к городу Гори, практически не встречая сопротивления.

Жители этих сёл не были предупреждены руководством Грузии о грозящей им опасности, - о возможных артобстрелах и бомбардировках, о вхождении сюда российских войск и осетинских формирований. О том, что подобного предупреждения не было, сообщали и простые жители, и сотрудники сельских администраций. Это признавали и официальные должностные лица в Тбилиси.

Многие жители сел, - прежде всего, женщины и дети, - выехали в другие районы в первые дни конфликта, опасаясь артобстрелов и бомбежек. Однако значительная часть жителей оставалась в домах, прячась в подвалах. Лишь 12 августа, увидев бегущие грузинские войска, вслед за ними бежало большинство населения района. При этом люди бросали в домах ценные вещи, оставляли скот.

Вслед за бегущим населением, иногда опережая беженцев, двигались наступавшие на Гори российские войска. Они практически не останавливались в селах, выставляя лишь отдельные блок-посты. Грузинская армия здесь не оказывала сопротивления, и наступающие не открывали огонь и не препятствовали исходу мирных жителей.

В домах оставались немногие, преимущественно люди преклонного возраста.

Вслед за российскими войсками в Горийский район вошли югоосетинские вооруженные формирования. Началась вакханалия грабежей, поджогов домов и насилия над мирными жителями.

 

5. Войдя в село Эргнети, вооруженные люди из состава югоосетинских формирований начали поджигать дома, которые ещё даже не были ограблены, и превратили село в зону сплошного разрушения. Из 150 домов села были сожжены около 90 %. На стенах сожженных домов отсутствуют следы, оставленные пулями стрелкового оружия или осколками снарядов. Нет также воронок от снарядов. Вся картина свидетельствует о том, что дома были преднамеренно сожжены, а не разрушены в ходе боев, обстрелов и бомбардировок.

Во многих селах (Земо и Квемо-Никози, Каралети, Кицниси, Тквиави, Карби, Кошки, Тирдзниси, Земо-Хвити и др.) сожженных домов меньше. Так, в Тирдзниси из 650 домов сожжены 15, в Тквиави из 850 домов сожжены 37. Однако при этом практически все дома были ограблены. Грабили как члены югоосетинских вооруженных формирований, так и явно гражданские лица, идущие вслед за ними. Грабители обычно подъезжали на автомашинах, грузовых или легковых, выносили все приглянувшиеся им вещи, от холодильников до посуды, угоняли скот, собирали урожай с приусадебных участков.

Если хозяева, остававшиеся в некоторых домах, пытались протестовать против действий грабителей или просто не выполняли их распоряжения, - например, отдать спрятанные деньги, - их нередко убивали. Так, в Тквиави грабителями были убиты десять мужчин, пятеро из них – преклонного возраста. В Тирдзниси были убиты трое местных жителей, все - преклонного возраста, в том числе немая женщина. В Эргнети были убиты пятеро местных жителей, в Каралети – двое, в Мегврекиси была зарублена топором женщина 70 лет. Можно приводить примеры и далее.

Страшнее всего были первые дни после входа российских войск и югоосетинских формирований в села Горийского района, вскоре объявленные «буферной зоной», - 12, 13 и 14 августа. Однако грабежи, поджоги и убийства продолжались и в последующие дни, хотя и в меньших масштабах.

Например, в небольшом селе Кошки в августе была разграблена и подожжена школа. Затем, в течение августа и сентября грабили дома. Шесть домов на окраине были сожжены. Поджоги продолжались до конца сентября.

 

6. В расположенном на запад от Горийского района, Карельском районе (тоже граничащем с территорией Южной Осетии) не было ни боев, ни обстрелов, ни бомбежек. Югоосетинские формирования не заходили сюда. Российские войска не входили в большинство населенных пунктов этого района. Однако он тоже попал в так называемую «буферную зону». В райцентре Карели и селе Агара были установлены блок-посты. Здесь расположились подразделения российских войск.

Однако 13 и 14 августа, а затем и в последующие дни в некоторые села Карельского района беспрепятственно заходили со стороны Южной Осетии группы вооруженных грабителей. Например, в небольшом селе Гогети (40 домов) ими было сожжено шесть домов, около 15 – ограблены. Из села бандиты увели в качестве заложников мирных жителей, включая и женщин. Большинство заложников использовали в качестве гарантии беспрепятственного возвращения на территорию Южной Осетии, после чего освободили. Однако за освобождение одного из них бандиты потребовали выкуп у его родственников.

По-видимому, эта же банда угнала из другого значительно большего села Пца около 100 голов крупного рогатого скота, захватив при этом в качестве заложников двух пастухов. И опять же за возвращение людей и половины угнанного скота бандиты потребовали выкуп. Просьба местных жителей о помощи, адресованная к российским военным, стоящим в селе Агара, никаких практических последствий не возымела. Село было вынуждено собирать деньги и платить, только тогда пастухи и 50 голов скота были возвращены.

 

7. Обе стороны в ходе конфликта задерживали пленных и заложников. Грузинские войска при отступлении увели больше тридцати человек осетин, - как военных, так и гражданских лиц. Среди задержанных были лица преклонного возраста, которых очевидным образом нельзя отнести к комбатантам. За исключением нескольких раненых, они содержались до момента обмена в грузинских тюрьмах и на военных базах.

Осетинская сторона захватила несколько десятков грузинских военных и более полутораста гражданских лиц. Этнических грузин захватывали в заложники как в т.н. «анклавных» селах на территории Южной Осетии, так и в селах Горийского района. Значительное число заложников централизовано содержалось в изоляторе временного содержания (ИВС) города Цхинвали. Впоследствии они рассказывали, что их использовали для уборки города, в том числе для сбора и захоронения трупов грузинских солдат. Некоторые сообщали о жестоком обращении и избиениях. Среди заложников были женщины, несовершеннолетние и старики. Они были обменяны в середине и конце августа на осетинских заложников и нескольких осетин, ранее осужденных грузинскими судами и сидевших в грузинских тюрьмах.

По свидетельствам некоторых заложников, в период их содержания в ИВС, там несли службу и российские силовики.

Однако часть заложников оказалась в «частном плену» в Южной Осетии. Нами отмечены случаи захвата людей с целью получения выкупа.

Очевидно, что нет никаких оправданий насильственному держанию гражданских лиц и практике заложничества.

На сегодняшний день продолжаются переговоры о передаче сторонами друг другу еще нескольких осетинских заключенных и тел грузинских солдат, остающихся в Цхинвали.

 

8. Трудно отрицать, что ответственность за многочисленные преступления, совершенные в населенных пунктах так называемой «буферной зоны», находящейся под контролем российских войск, и за действия югоосетинских формирований в целом, полностью ложится не только на конкретных преступников и власти Южной Осетии, но прежде всего на командование российской армии и на руководство Российской Федерации.

Вошедшие в грузинские села на территории Южной Осетии, в Горийский и Карельский районы российские военнослужащие не обеспечили безопасность населения на занятой и контролируемой ими территории. В грузинских селах Южной Осетии вооруженные люди на глазах у российских военных уничтожали дома, грабили и захватывали в заложники оставшихся там мирных жителей. В первые дни после входа в Горийский район российская армия практически не контролировала ситуацию. В селах «буферной зоны» грабители часто беспрепятственно проезжали через российские блок-посты на угнанных машинах, с награбленными вещами и заложниками.

 

При этом участники миссии практически не зафиксировали жалобы на грабежи и поджоги домов, насилие по отношению к мирным жителям со стороны российских военных. Более того, отмечены случаи, когда российские военные защищали местных жителей и пресекали случаи грабежа, - например, в селе Дици. В селе Мегрвекиси, после того, как грабители зарубили местную жительницу, российские военные начали патрулировать улицы. В селах, расположенных по направлению Цхинвали – Никози – Вариани российским военным удалось несколько снизить уровень преступлений, особенно в сравнении с другим направлением – Цхинвали – Эргнети – Каралети.

15 августа в селе Земо-Никози состоялась встреча патриарха Грузии Илии II и Митрополита Цхинвальского и Никозийского архиепископа Исаи с представителями Министерства обороны РФ, в том числе генерал-майором Вячеславом Борисовым. На встрече обсуждался вопрос о необходимости обеспечить безопасность местного населения и защитить имущество мирных граждан. Представители РФ обещали, что российские войска будут применять к грабителям и мародерам жесткие меры. На следующий день владыка Исая снова встречался с российскими военными. Речь шла о том же. Военные опять обещали предпринять жесткие меры. Но когда в тот же день грабители стали угонять скот из села Земо-Никози, священнослужителю стоило немалых усилий заставить российских военных, стоявших на посту в селе, предпринять хоть какие-то меры и остановить угон скота.

 

В последствии (как мы писали выше) военные в ряде случаев останавливали грабежи и даже задерживали грабителей, - однако эти запоздалые меры носили эпизодический и далеко не повсеместный характер. Свидетели сообщали, что 24 августа в Цхинвали со стороны Эргнети через российские и югоосетинские посты беспрепятственно въезжали машины с награбленным добром.

Насколько нам известно, задержанных мародеров и грабителей российские военные передавали властям Южной Осетии. Имеются сведения, что некоторые из них содержались в ИВС города Цхинвали. Однако дальнейшая их судьба нам не известна.

Нам известен случай, когда российских военных прямо обвиняют в вывозе оборудования с одного из консервных заводов, на территории которого они стояли. Также известно, что у блок-поста рядом с селом Вариани российские военные 12 августа дважды обстреляли машины с гражданскими лицами, в результате чего погибли три человека.

 

Столь массовые, длящиеся несколько месяцев преступления вряд ли были бы возможны без попустительства, если не соучастия властей Южной Осетии.

 

9. В ходе миссии представителями ПЦ «Мемориал» и Центра «Демос» были зафиксированы случаи гибели 46 мирных жителей в селах «буферной зоны» (помимо случаев гибели людей от бомбовых ударов по Гори). Грузинские власти опубликовали официальные списки погибших мирных жителей в ходе вооруженного конфликта из 228 человек. Этот список на сегодняшний день является неокончательным. При сверке двух списков выяснилось, что кроме двух человек, все обнаруженные нами случаи отмечены в официальном списке. Исходя из этого, а также из общих масштабов произошедшего, нам представляется, что порядок потерь среди мирного населения, указанный в официальном списке, близок к реальному.

 

10. После вывода 8-9 октября 2008 года российских войск с территории т.н. «буферной зоны», функции контроля за безопасностью в этом регионе перешли к грузинской полиции и военным наблюдателям Евросоюза. После этого началось активное возвращение в свои дома жителей сел «буферной зоны», бежавших во время вооруженного конфликта. К концу октября большинство жителей вернулись в села, расположенные в ближайших окрестностях города Гори. Однако чем ближе населенные пункты к границе территории, контролируемой югоосетинской стороной, тем меньшая доля жителей решается туда вернуться.

 

Многие из них опасаются приходить в свои дома, т.к. территория до сих под до конца не разминирована – неразорвавшиеся снаряды и мины остались здесь после боевых действий. По словам местных жителей, разминирование начинали еще российские военные.

Жители опасаются возвращать детей в большинство сел, – только в некоторых недавно начался учебный год.

Наиболее тяжёлая ситуация сложилась в т.н. «приграничных» селах, которые более всего пострадали сначала в ходе боев, потом – от поджогов и мародёрства. Эти сёла остаются зоной повышенной опасности, - здесь продолжается мародерство, захваты заложников, поджоги домов и угрозы местным жителям со стороны бандитов, приходящих из Южной Осетии. Действия грузинских полицейских здесь очевидно недостаточны для защиты населения, а военные наблюдатели Евросоюза бессильны, поскольку не имеют оружия.

Так, 17 октября в контролируемом грузинской стороной селе Кошки участники миссии видели, как машины с осетинскими номерами стояли возле разоренных грузинских домов, а из здания частично сожженной школы выносили вещи. По словам очевидцев - местных жителей и журналистов, - 16 октября в примыкающем к селу Кошки селе Дисеви, контролируемом осетинской стороной, были сожжены несколько домов, покинутых грузинами, а пришедшие на свои участки для сбора урожая грузины были выгнаны с угрозами. При этом ни грузинская полиция, ни совместные российско-осетинские посты, мимо которых нельзя проехать незамеченными, не пытаются вмешаться в ситуацию. Нам кажется, что совместные российско-осетинские посты намеренно не обращают внимания на факты пересечения де-факто существующей границы со стороны Южной Осетии, т.к. при попытке пройти в село Дисеви, мы были остановлены одним из таких постов. Нам категорически отказали в проходе в село, несмотря на то, что мы являемся гражданами России, сообщив, что на территорию Южной Осетии можно попасть только со стороны Владикавказа, а проезд через границу согласован только для международных организаций, таких как Международный Комитет Красного Креста.

Напряженной также оставалась ситуация в селах Никози и Земо-Хвити, где на середину октября продолжались как ночные, так и дневные перестрелки. Из села Земо-Хвити 15 октября было угнано большое стадо скота, похищены пастухи, а также хозяин этого стада и его машина. Люди, которых сначала отвезли в Цхинвали, в последствие были отпущены, а за машину и скот похитители требовали выкуп.

Военный комендант Южной Осетии, полковник Анатолий Васильевич Тарасов, краткая встреча с которым состоялась на окраине Цхинвали, рассказал, что сейчас он предпринимает все возможные меры для борьбы с мародерством, захватами заложников и попытками вытеснения людей по этническому признаку. Он сказал, что разбирается с подобными случаями совместно с югоосетинскими милиционерами, для обучения которых в республику командированы сотрудники российского МВД.

 

11. Проблема контроля и обеспечения безопасности в т.н. «приграничных» селах тем более актуальна, что, по сообщениям югоосетинской стороны, после вывода российских войск из «буферной зоны» там – предположительно  грузинской полицией – были задержаны одиннадцать жителей Южной Осетии. Ни осетинские власти, ни семьи задержанных не знают, где содержатся эти люди и предъявлены ли им какие-то обвинения. Грузинские власти ничего не сообщают об их судьбе. Среди задержанных - трое несовершеннолетних, один из которых болен астмой. Есть основания полагать, что большинство из них могли быть задержаны за мародерство. Бороться с мародёрством необходимо, но в рамках закона, - родственники задержанных имеют право знать о месте их содержания и о предъявленных обвинениях. Практика «исчезновения» людей может привести также к новому обострению конфликта.

 

12. 21 октября представители Правозащитного Центра «Мемориал» и центра «Демос» посетили Ахалгорский (Ленингорский) район.

Жители Ахалгорского (Ленингорского) района в основном, примерно на 80%, являются этническими грузинами. Среди остальных примерно 20 % большинство составляют этнические осетины. При этом многие семьи жителей района являются смешанными в этническом отношении.

В 20-х годах прошлого века эта территория была присоединена к Югоосетинской автономной области и получила название Ленингорского района. После распада СССР и приобретения Грузией независимости район вошел в состав Мцхетского района Грузии и стал называться Ахалгорским.

Ни экономически, ни инфраструктурно жители Ахалгорского района не были связаны с Южной Осетией. Здесь никогда не наблюдались сепаратистские настроения. Здесь не было вооруженного противостояния.

Единственная дорога от Ахалгори (Ленингори) вела через Мцхету на Тбилиси.

Однако Президент Грузии М.Саакашвили, исходя из политики создания альтернативной сепаратистам протбилиской Южной Осетии, в 2007 году издал указ о передаче Ахалгорского района под юрисдикцию, признаваемой Грузией «временной администрации территории бывшей Юго-Осетинской автономной области». Главой этой администрации стал Дмитрий Санакоев.

В середине августа в Ахалгорский район вошли российские войска и югоосетинские формирования. Район был объявлен неотъемлемой частью Республики Южная Осетия.

Однако, как выяснилось в ходе бесед с местными жителями, они считают, что в их районе установлен оккупационный режим. Их пугают расположившиеся здесь чужие военнослужащие. Их пугают посты, установленные на дороге, ведущей на юг. Они боятся того, что в любой момент эта дорога может быть для них перекрыта по решению новых властей.

Весной этого года еще до начала военных действий сюда из Цхинвали начала строиться дорога, идущая через горные хребты. В настоящее время строительство этой дороги практически завершено. Однако дорога на Цхинвали из Ахалгорского района чрезвычайно трудна и опасна. В сентябре этого года при попытке проехать по ней из Цхинвали машина, в которой находились представители ПЦ «Мемориал» и Хьюман Райтс Вотч перевернулась. Согласно рассказам местных жителей, в октябре на этой дороге перевернулись два КАМАЗа.

Жители опасаются, что их могут заставить принимать российское гражданство, т.к. уже сейчас представители осетинской стороны настоятельно советуют им подумать над этим вопросом. Идет учет молодых мужчин, что жители связывают с возможным призывом в армию Южной Осетии.

В результате уже более двух тысяч жителей района покинули свои дома и уехали из района. Многие родители вывозят из района детей. Школы работают полупустыми, в некоторых селах закрыты вовсе.

Военный комендант российских войск в Южной Осетии полковник А.В.Тарасов по время встречи с участниками миссии подтвердил, что действительно среди представителей югоосетинских формирований есть желание вытеснить этнических грузин из региона. Он обеспокоен этим и пытается нормализовать обстановку. По словам полковника Тарасова, он значительно облегчил жителям Ахалгорского района проезд по дороге, идущей в Тбилиси. Снял ряд постов на территории района. И действительно мы смогли в этом убедиться при проезде из Тбилиси в Ахалгори и обратно.

Чрезвычайно тревожно, что жители района жалуются на имеющиеся случаи мародерства со стороны российских военнослужащих. По их словам, военные заходят в пустующие дома, забирают продукты и вещи, а иногда даже располагаются в этих домах. Так, по сообщениям местных жителей, село Канчавети, которое практически полностью покинули жители, занято сейчас российскими военными.

Представители ПЦ «Мемориал» и центра «Демос» не имели возможности проверить достоверность этих жалоб. Мы не можем подтвердить или опровергнуть сообщения о фактах подобных противоправных действий российских военнослужащих. Однако само наличие таких жалоб в этом районе характеризует сложившуюся там напряженную ситуацию.

 

  

13. По сведениям грузинских властей, на 20 августа лицами, вынужденными покинуть свои дома[1], считались 127 497 человек – включая выехавших из грузинских сел на территории Южной Осетии, из «буферной зоны», городов Гори, Карели и Каспии. Из них 17 тысяч человек – жители ныне уничтоженных грузинских «анклавных» сел Южной Осетии. В настоящее время к числу беженцев из региона, контролируемого югоосетинскими властями, добавились более двух тысяч жителей Ахалгорского (Ленингорского) района, исход которых начался в конце августа. Также несколько тысяч человек вышли из Абхазии, – из Гальского района и Верхнего Кодори.

После вывода российских войск с территории «буферной зоны» туда начали активно возвращаться жители сёл. Если в начале октября не вернулись к местам своего постоянного проживания более 60 тысяч человек, то уже в двадцатых числах месяца их было около 35 тысяч. 15 октября был закрыт последний палаточный лагерь в Грузии: находившийся в Гори. Пункты временного размещения продолжают действовать в Тбилиси, Гори и еще нескольких городах.

В особенно сложном положении оказались две категории беженцев.

Те, кто покинул свои дома на территории Южной Осетии, на сегодня не могут вернуться – их села практически полностью уничтожены, а власти республики в своих заявлениях открыто выступают против их возвращения. Для этих вынужденных мигрантов сейчас строятся несколько поселений компактного проживания, где каждой семье будет выделен небольшой дом со всей обстановкой и с обеспечением продуктами на первый год. Однако неясно, успеют ли ввести эти дома в эксплуатацию до наступления зимы.

Вторая категория - люди из «буферной зоны», чьи дома пострадали в результате поджогов и обстрелов и кому возвращаться пока некуда, и жители т.н. «приграничных» сел, безопасность которых пока никто не может гарантировать. До сих пор непонятно, на какие компенсации могут рассчитывать эти люди, когда и как будут восстанавливаться разрушенные дома.

 

* * * * * * * *

 

Исходя из материалов, собранных представителями ПЦ «Мемориал» и центра «Демос» в ходе работы в августе-октябре 2008 г. в зоне вооруженного конфликта, можно сделать вывод, что все стороны вооруженного конфликта серьезно нарушали нормы гуманитарного права. Есть все основания полагать, что имели место военные преступления.

Подробное изложение собранных фактов и выводы о конкретной вине каждой из сторон конфликта ПЦ «Мемориал» и центр «Демос» намерены представить позже в специальном докладе.

 

 



[1]  Далее для простоты мы будем именовать эту категорию людей «беженцами», хотя в правовом отношении они таковыми не являются.