Из выступления на пресс-конференции председателя Правозащитного центра «Мемориал» Орлова Олега (24.11.2008, Москва)

Республика Дагестан – один из самых неблагополучных регионов России в аспекте соблюдения прав человека. Всепроникающая коррупция, тяжелая социально-экономическая ситуация, грубейшие нарушения избирательных прав граждан, милицейский произвол, а в последнее время наблюдается откровенное давление власти на прессу. Это тот фон, на котором продолжается вооруженное противостояние в Дагестане.

Здесь, к сожалению, укоренилось и действует вооруженное террористическое подполье. Силовые ведомства ведут с ним борьбу. Казалось бы, за последние месяцы мы видим успехи в этой борьбе. Например, за последние месяцы в ходе спецопераций были убиты несколько десятков боевиков. Сообщается, что были уничтожены лидер хасавюртовской подпольной группировки Асхаб Бидаев и лидер дербентской группировки Ильгар Моллачиев. В Верховном суде Дагестана начался процесс над Бамматом Шейховым, которого власти считают руководителем буйнакской подпольной группировки.

Однако активность боевиков не снижается – они нападают на сотрудников силовых ведомств, гражданских чиновников, религиозных деятелей. Гибнут милиционеры. Так, например, 21 октября в Сергокалинском и Карабудахкентском районах произошли подряд два нападения на милиционеров, скорее всего скоординированных друг с другом.

В результате были убиты шесть милиционеров и девять ранены. Подрывы и обстрелы происходят в разных районах республики. Настоящую охоту боевики ведут за высшими офицерами правоохранительных ведомств. Только начиная с сентября в Дагестане в результате покушений были убиты четыре майора, подполковник и полковник.

Государство обязано бороться с незаконными вооруженными формированиями, с терроризмом. Но при этом важно, чтобы методы контртеррора оставались строго в рамках закона, иначе можно получить обратный эффект. Попрание норм прав человека в ходе контртеррористических операций и в ходе расследования преступлений может вести к усилению взаимной ожесточенности, рекрутировать новых людей в подполье, расширять базу поддержки подполья среди населения. Это мы видели за последние годы в Ингушетии. Об этом много писали СМИ. Но, очевидно, что с такой же проблемой мы сталкиваемся и в Дагестане.

Среди раздаточных материалов этой пресс-конференции есть заявление Германа Хидирова. Это страшный документ. Его будет трудно читать, но его нужно прочитать до конца. Автор заявления описывает как сотрудники силового ведомства похитили его, как его пытали, как над ним надругались. Когда Хидирова физически и нравственно сломали, его на пару минут «освободили» и сразу же официально задержали якобы с гранатой, которую ему непосредственно перед этим подложили в сумку. Его вынудили «сознаться» в несовершенных преступлениях.

Весьма вероятно, что родные и друзья человека, с которым подобное совершили «правоохранители», будут в дальнейшем так или иначе поддерживать вооруженное подполье. Я не оправдываю, я лишь объясняю одну из причин роста взаимной ожесточенности, не прекращающегося кровопролития. Очевидно, что одной из побудительных причин ухода в подполье является месть. Похоже на то, что и милиционерами, «силовиками» тоже подчас двигает именно месть. Но государство, его представители не имею права на месть. Они обязаны действовать в целях обеспечения порядка и законности.

Конечно, кто-то может назвать заявление Хидирова «голословным», поскольку органы прокуратуры не провели в надлежащее время медицинскую экспертизу состояния Германа Хидирова. Мы-то уверены в том, что все, о чем пишет Хидиров чистая правда. Но тогда таких сомневающихся я адресую еще к одному документу, распространенному на нашей пресс-конференции. Это материал «Мемориала» под названием «Классика жанра»: похищение и попытка фабрикации уголовного дела в Республике Дагестан. В нем скрупулезно описано когда исчез житель Дагестана Нариман Мамедяров, когда поступило заявление от его жены, когда мы обратились за помощью к Уполномоченному по правам человека в РФ В.П.Лукину, когда он связался с органами прокуратуры и когда там, наконец, признались, что Мамедяров находится в Буйнакском РОВД. Но и после этого адвоката до этого человека не допускали. Почему? Потому, что пытались фальсифицировать дело, потому, что пытками пытались получить от Мамедярова «признание». Лишь через две недели после своего «исчезновения» Мамедяров смог встретиться с адвокатом. Он очень плохо себя чувствовал, у него была сломана рука, под наложенным гипсом она распухла и страшно болела, поднялась температура. Но квалифицированную медицинскую помощь Мамедярову не оказывали – требовали вначале «признаться» в преступлениях. И в конце-концов, таким способом следствие добилось своего, он был вынужден выполнить требование следователя.

Мы имеем в данном деле наглое, демонстративное попрание норм закона. И если раньше иногда в аналогичных вмешательство Уполномоченного по правам человека в РФ заставляло бы прекратить пытки (см. дело Дибирова:

http://www.memo.ru/2007/12/18/1812071.html,

http://www.memo.ru/hr/hotpoints/caucas1/msg/2007/12/m118216.htm,

http://www.memo.ru/hr/hotpoints/caucas1/msg/2007/12/m118269.htm

http://www.memo.ru/2008/07/06/0607081.htm - _Дагестан:_Гимринское_стояние.),

то теперь даже этого добиться не удалось. Уполномоченный же по правам человека в Республике Дагестан откровенно не хотела заниматься этим делом.

К чему ведет такая практика?

Только к дестабилизации обстановки в Дагестане. Во-первых, «расследованные» таким образом преступления остаются не раскрытыми. Во-вторых, у общества нет доверия к представителям власти, действующим таким образом. В-третьих, члены подполья, прекрасно осознавая, что ждет их в случае попадания в руки «правоохранителей», предпочитают умереть, чем сдастся властям. В-четвертых, произошедшее неизбежно будет вызывать у части людей желание наказать палачей. Но если этого не удается сделать в рамках закона, то кто-то к сожалению, может решить взяться за оружие.

Я привел лишь два примера. К сожалению, у правозащитников подобных примеров грубейших нарушений прав человека в Дагестане множество.