Владимир Милов: Да. Спасибо. Я, если позволите, коллеги, тоже два слова вставлю.

Прежде всего, да, действительно, я согласен, что у этого режима есть большой запас прочности, в том числе и в отношении общества к ситуации и в его адаптивности. Но у меня призыв ко всем нам – не злоупотреблять инерционным сценарием, экстраполяцией того, что мы знаем и видим сегодня. Да, режим силен, да, есть значительная тенденция поведения общества, которая не конфронтационна с этим режимом и обусловливает эту неконфронтационность наших граждан. Но я согласен с Гайдаром, который недавно давал интервью «Новой газете», приуроченное к выходу своей книжки, который абсолютно правильно говорит, что, когда у нас происходили какие-то обвальные события политические, их буквально за месяц до этого никто не ждал.

Я хочу напомнить, что мы с вами проспали, абсолютно проспали становление вот этого режима. Лет восемь назад, когда это дело шло уже полным ходом, мы думали, что, ну, так, речь идет о некоторых косметических изменениях, некотором укреплении власти после хаоса – кстати говоря, терминология эта была модная еще в конце 90-х годов, она вовсе не Путиным придумана. Нам казалось, что думские выборы 2003 года – это так, досадная осечка, а вот в 2007-2008 годах будет какая-то, относительно конкурентная передача власти. Мы абсолютно проспали становление того режима, который у нас есть сегодня.

Я думаю, очень важно говорить о тех альтернативах, которые, безусловно, будут и есть, и не зацикливаться на экстраполяции той ситуации, которую мы вокруг себя видим сегодня, а то я вижу вот эти пессимистические настроения, что гипс снимают, клиент уезжает, и давайте сдаваться все пойдем. Не надо этого делать, надо думать об альтернативах, упражняться в этом, и для этого, собственно, мы все здесь собрались.

И последнее, это что касается ремарок Мариэтты Омаровны по поводу мистера Х и мистера Y. Вы знаете, есть глубокое подозрение, которое никто пока так и не смог опровергнуть, что на самом деле это – один и тот же мужик. И, хотя физически это разные люди, но вот тот, которого называют мистером Y, он настолько связан неформальными, непубличными обязательствами перед мистером Х, что как бы нам некоторые ни пытались разрисовать с трибуны, что между ними есть трещина, и надо в нее бить, на самом деле не факт, что там эта трещина есть. Поэтому, если мы ее увидим, я первый лично брошусь долбить эту трещину, но, честно говоря, то, что я наблюдал до сих пор, пока не позволяет мне сделать такого вывода. Из чего следует, что вывод простой – КПД будет в другой деятельности, в том, чтобы предложить российскому обществу альтернативу. Мы сегодня очень ограничены в возможности ее донести, но это гораздо более в долгосрочном плане полезное действие, чем пытаться искать черную кошку в комнате, где ее нет. А именно, различия между мистером Х и мистером Y – пока не доказано, что они вообще существуют. Здесь, конечно, надежда – это прекрасное чувство, но я бы не обольщался.

Коллеги, у меня большая благодарность ко всем. Мне кажется, сегодня был интересный день, я вот весь день здесь провел и много интересного услышал, и думаю, что коллеги разделят мое мнение. У меня просьба к Татьяне Ворожейкиной выйти для заключительного слова от организаторов конференции.