ПРАВОЗАЩИТНЫЙ
ЦЕНТР "МЕМОРИАЛ"
MEMORIAL HUMAN RIGHTS CENTER
127051,
Россия, Москва, Малый Каретный пер., д. 12
Тел. +7 (495)
225-3118
Факс +7 (495) 624-2025
E-mail:
memhrc@memo.ru
Web-site:
http://www.memo.ru
2 сентября 2010 года
Европейский Суд коммуницировал жалобу «Агеевы против России»
2 сентября 2010 года Европейский Суд по правам человека коммуницировал дело «Агеевы против Российской Федерации» (№ 7075/10). Российская Федерация должна представить свои письменные замечания к жалобе не позднее 17 января 2011 года.
Интересы заявителей, супругов Агеева А.П. и Агеевой Л.В., жителей Московской области, представляют юристы Правозащитного центра «Мемориал» (Москва) и Европейского центра защиты прав человека (EHRAC, Лондон).
Потеряв в 2000 году 17-летнего сына, Агеевы решили взять детей из детского дома. В марте 2008 года они усыновили мальчика в возрасте трех лет и девочку в возрасте около двух лет. В 2008 году органы опеки и попечительства дважды (в марте и сентябре) приходили в дом к Агеевым с проверкой и оба раза были удовлетворены результатами проверок. Органы опеки и попечительства отмечали, что детям созданы все условия для воспитания.
Вечером 20 марта 2009 года заявительница обнаружила своего сына лежащим около лестницы, ведущей на второй этаж дома. На лице ребенка были кровь и следы от ожогов. Агеевы немедленно попытались оказать ребенку первую помощь. Они обработали раны перекисью водорода и наложили пластырь. Утром 21 марта заявители заметили, что раны на подбородке и бровях мальчика опять начали кровоточить, и решили, что необходимо показать ребенка врачу. Ребенка привезли в Ожоговый центр детской больницы № 9, где он пробыл на лечении до 27 марта 2009 года.
21 и 23 марта 2009 года к семье Агеевых приезжала милиция с проверкой.
29 марта 2009 года у Агеевых забрали обоих детей и поместили в Выдновскую районную больницу. Одновременно органы опеки и попечительства инициировали процесс по отмене усыновления. 15 и 27 мая Преображенский районный суд Москвы провел слушания по данному делу, 17 июня вынес постановление об отмене усыновления детей семьей Агеевых. 13 августа Московский областной суд поддержал решение Преображенского районного суда Москвы от 17 июня 2009 года.
26 марта 2009 года против семьи Агеевых было возбуждено уголовное дело в связи с событиями 20 марта 2009 года.
События, произошедшие с усыновленным ребенком в семье Агеевых, получили громкую огласку в национальных СМИ. С 20 по 27 марта 2009 года в палату к мальчику постоянно приходили журналисты, задавали ему вопросы об инциденте, фотографировали его и проводили видеосъемку. Все это делалось без предварительного согласования с родителями мальчика. Кроме того, об инциденте, произошедшем 20 марта 2009 года, писали различные печатные издания, причем не в самой лестной форме (названия статей: «Мама из Гестапо», «Мамуля пытала усыновленного ребенка» и др). В выпуске ток-шоу «Пусть говорят» на Первом канале (16 апреля 2009 года) одним из гостей был помощник депутата Государственной Думы. В ходе передачи он публично высказывал свои предположения относительно случившегося инцидента, давал оценку произошедшим событиям; говорил, что, по утверждениям врачей, ребенка привезли в больницу в бессознательном состоянии, то есть он потерял сознание от боли, которую больше не мог терпеть. «Он пробыл дома в таком состоянии не один день. И родители привезли мальчика в больницу вовсе не для того, чтобы наложить швы на раны, а потому что ребенок к тому моменту был практически мертв. Это ясно подтвержают врачи», – заявил депутат на ток-шоу.
Заявители жаловались на нарушение статей 3 (запрет пыток и бесчеловечного и унижающего человеческое достоинство отношение), 6 (право на справедливое судебное разбирательство), 8 (право на уважение частной и семейной жизни) и 14 (запрет дискриминации) Европейской Конвенции по правам человека.
Европейский Суд по правам человека в своих вопросах, заданных сторонам, интересовался, имело ли место вмешательство в право заявителей на частную и семейную жизнь в результате отмены усыновления. Если да, было ли данное вмешательство законным и необходимым в демократическом обществе. При оценке реальности угрозы жизни детей приняли ли национальные суды во внимание все относящиеся к делу факторы? Являлось ли судебное рассмотрение вопроса об отмене усыновления справедливым, как того требует ст. 6 Конвенции? Суд также поинтересовался, имело ли место вмешательство в право заявителей и их приемных детей на частную и семейную жизнь в связи с несанкционированным проникновением журналистов в палату ребенка в период с 21 по 27 марта 2009 года. Если да, было ли такое вмешательство законным и необходимым в демократическом обществе.