1 февраля 2011 года в Екатеринбурге под председательством Дмитрия Медведева прошло заседание Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека.

Ключевым вопросом встречи стали предложения об учреждении общенациональной государственно-общественной программы «Об увековечении памяти жертв тоталитарного режима и о национальном примирении» .

Это комплексная программа, которая была подготовлена на основе предложений Международного общества «Мемориал». Она охватывает целый ряд направлений: социальную поддержку жертв репрессий; увековечение памяти жертв тоталитарного режима (установка памятников и памятных знаков; создание музейно-мемориальных комплексов; поиск и обустройство мест захоронений; издание книг памяти и создания единой базы данных жертв репрессий); обеспечение доступа к архивной информации (изменение процедуры рассекречивания и порядка доступа к документам); необходимость политико-правовой оценки преступлений тоталитаризма и завершения процесса юридической реабилитации жертв террора; работа в сфере образования и просвещения, обновление российской топонимики и ряд других мер.

Представили программу Президенту РФ руководитель рабочей группы Совета Сергей Караганов и руководитель общества «Мемориал» Арсений Рогинский, который подчеркнул, что с этим вопросами общество обращается к власти уже в течение пятидесяти лет, что программа не сводится к отдельным сюжетам, а важна именно своей комплексностью. Но среди всего спектра необходимых действий, есть ряд важнейших направлений, не терпящих отлагательств. И одним из основных является изменение формата социальной поддержки жертв репрессий.

Принятый в 1991 г. Закон «О реабилитации жертв политических репрессий» предусматривал, помимо юридической реабилитации, ряд мер, направленных на социальную реабилитацию пострадавших. Среди этих мер были и чисто экономические – единовременная компенсация за время лишения свободы и конфискованное имущество (ст. 15) и ряд льгот, перечень которых определяла ст. 16 Закона. Размеры всех этих компенсаций были символическими – вследствие бедственного состояния российской экономики в тот период. Однако они были гарантированы федеральным бюджетом и размер компенсаций (и льгот) был одинаков для всех на всей территории страны. Изменения в законодательстве существенно снизили уровень защищенности реабилитированных граждан.

В результате инфляции и изменений, отменивших содержавшиеся в Законе механизмы индексации, предусмотренные сегодня в Законе о реабилитации размеры единовременных компенсаций – 75 рублей за месяц заключения и не более 10 тысяч рублей за конфискованное имущество, включая дом – выглядят просто издевательством. Размеры единовременных компенсаций должны быть повышены до приемлемого уровня, соответствующего нынешним возможностям государства. На необходимость этого уже указывал Конституционный Суд (определение от 15.05.2007 №383оп). Обращения жертв репрессий в Правительство РФ по этому поводу не встретили понимания. Необходимо в ст. 15 и ст. 16 ч. 1. Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» внести изменения, увеличивающие размеры единовременных компенсаций.

Федеральный закон N 122 от 22.08.2004 г. (Закон «о монетизации»), переведя поддержку жертв репрессий с федерального на региональный уровень, существенно ухудшил их положение почти во всех регионах. Некоторые регионы (республики, из которых выселялись целые народы) оказались ущемлены, поскольку численность жертв репрессий в них существенно выше, чем в остальных. Но существенно не только само ухудшение положения реабилитированных — не менее остро жертвы репрессий ощущают возникшее неравенство. Региональные бюджеты, на которые сегодня возложена поддержка реабилитированных, имеют совершенно разные возможности, и в результате люди, отсидевшие один и тот же срок в одном и том же лагере, получают «меры социальной поддержки», резко различающиеся в денежном выражении (от 130 до 2400 рублей в месяц). Социальные ежемесячные выплаты жертвам репрессий должны осуществляться из средств федерального бюджета. Это принципиально важно не только для самих реабилитированных, но и для адекватного осознания проблемы обществом, поскольку репрессии осуществлялись государством, а не отдельными регионами. Размер социальных ежемесячных выплат (социальной поддержки) жертвам репрессий должен быть единым, независимо от места проживания реабилитированных. Кроме того, размеры социальных ежемесячных выплат должны быть приведены в соответствие с нынешней экономической ситуацией, заметно лучшей, чем в 1991 году, и должен быть предусмотрен механизм их индексации.

При этом должны быть предусмотрены не только денежные выплаты, но и натуральные льготы, прежде всего медицинского характера – в связи с преклонным возрастом подавляющего большинства реабилитированных.

Сегодня компенсационные выплаты реабилитированным приравнены к льготам, имеющим совершенно иную правовую природу. Большинство реабилитированных в силу преклонного возраста и перенесенных испытаний ныне являются инвалидами — но их фактически заставляют выбирать между статусами инвалида и реабилитированного, или между статусом реабилитированного и статусом участника Великой Отечественной войны. Это оскорбительно для жертв репрессий и нарушает их права. Сегодня только граждане, подвергшиеся воздействию радиации (вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС и вследствие ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне), имеют право одновременно получать выплаты по закону «О социальной защите инвалидов в РФ». Однако вина и ответственность государства перед реабилитированными во всяком случае не меньше, чем перед жертвами этих техногенных катастроф.

Выплаты и льготы, предусмотренные Законом о реабилитации, были не милостыней и не жестом доброй воли государства – а специфической формой компенсации жертвам преступлений, совершенных государством.

Эта компенсация должна предоставляться независимо от того, получает ли реабилитированный гражданин какие-то другие льготы или выплаты из госбюджета. Это вопрос не только справедливости по отношению к пострадавшим, но и морального климата в обществе.

Из общего числа жертв политических репрессий должна быть выделена категория узников лагерей и тюрем. Этой категории (сейчас их насчитывается не более 30 тыс. человек на всю Россию) должен быть обеспечен максимальный уровень компенсаций и социальной поддержки. Сегодня эта категория выделена только в Петербурге, где бывшие узники лагерей и тюрем получают двойную (в сравнении с другими реабилитированными) ежемесячную выплату.

Многие нынешние ведущие российские предприятия создавались трудом узников. Было бы справедливо, если бы часть прибыли предприятий, созданных с использованием труда заключенных, направлялась в специально учрежденный общественно-государственный фонд, призванный поддерживать реабилитированных граждан.

Кроме того, для завершения процесса юридической реабилитации жертв террора необходимо внести в Закон о реабилитации поправки, расширяющие перечень категорий лиц, попадающих под действие Закона, и максимально обеспечивающие восстановление прав пострадавших от репрессий.

А в преамбулу Закона о реабилитации вернуть слова о моральном ущербе, нанесенном террором его жертвам, которые были изъяты оттуда в процессе принятия в 2004 г. федеральным законом № 122-ФЗ.

Президент в целом позитивно отнесся к предложенной программе. Говоря об улучшении социальной поддержки жертв репрессий, он отметил, что такая проблема существует, это не так легко сделать, но поручение об этом будет.