15 июля в новом помещении Международного общества «Мемориал» прошел вечер памяти Натальи Эстемировой – правозащитницы и журналистки, сотрудницы представительства Правозащитного центра «Мемориал» в Чечне, похищенной в Грозном и убитой ровно два года назад.

Вечер открыл председатель Правления Международного «Мемориала» Арсений Рогинский. По его просьбе присутствующие почтили память Натальи Эстемировой минутой молчания.

Затем был показан документальный фильм французской тележурналистки Милен Солуа «Кто убил Наташу?» (2011) – в этот день он впервые демонстрировался в России еще в нескольких городах: Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Перми и Назрани.

Фильм начинается с кадров, снятых московским телевидением в Грозненском офисе ПЦ «Мемориал» в день исчезновения Эстемировой. Раздается звонок – Екатерина Сокирянская и двое сотрудников-мужчин едут на место неподалеку от Назрани, где обнаружено тело…

65-минутный фильм смотрится на одном дыхании. О своем друге и коллеге рассказывают Екатерина Сокирянская, работавшая тогда в Чечне, Светлана Ганнушкина, Татьяна Локшина, Анна Немцова из «NewsWeek», мемориальцы Докка Ицлаев и Ахмед Гисаев, редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов, где после гибели Политковской Эстемирова публиковала свои статьи под мужским псевдонимом (из 22 журналистов, убитых за время правления Путина, 6 работали в «Новой»).

О событиях тех дней и о том, что им предшествовало, говорят простые жители Чечни и даже сотрудники силовых органов, но лиц никого из них мы не видим – в кадре они затуманены. Всё, о чем идет речь, по-прежнему опасно для жизни.

Из того, что сказано и показано, вырисовывается цельная картина. В центре ее – молодой человек, которому тогдашний президент России предоставил в Чечне бесконтрольную власть и возможность творить всё, что он захочет. Этот человек выстроил из руин «новую» Чечню, основанную на насилии, страхе и бесприкословном подчинении. Похищения людей, пытки, шантаж и убийства стали частью его системы управления. Помощь, которую оказывала людям Наталья Эстемирова, пришла в конфликт с воззрениями и практикой этого человека. Свидетели подтверждают, что угрозы Рамзана Кадырова в адрес Натальи Эстемировой носили вполне личный и конкретный характер.

Милен Солуа сняла в фильме бывшего министра культуры и вице-премьера Ичкерии Ахмеда Закаева, комментирующего уголовные методы решения политических вопросов. Мы видим и кадры с пресс-конференции в Лондоне, где о политических убийствах в России говорит Александр Литвиненко, а затем – страшные кадры его агонии, когда в течение 23 дней отравленный полонием человек стремительно старел на десятки лет. Убийства оппонентов стали банальным явлением российской жизни последнего десятилетия, но лишь единицы из них расследованы.

Лиза Алисова и Венсан Прадо, проводившие для фильма расследование в Грозном, получили короткую аудиенцию и у самого Рамзана Кадырова. Они спросили: «Если выяснится, что кто-то из людей, занимающих высокие посты в республике, причастен к этим убийствам, какова будет ваша реакция?» – «Конечно, это будет очень обидно и неприятно. Я не хочу этого, но если это выяснится, я буду первым, кто будет задерживать и отдавать этого человека в суд». – «А если международный суд попросит вас свидетельствовать в отношении этих дел, вы согласитесь?» – «Если такие масштабные организации обратятся, если попросят, конечно, куда я денусь?» – Кадыров засмеялся и сладко потянулся в знак того, что интервью закончено.

Светлана Ганнушкина прокомментировала этот эпизод так: «Рамзан Кадыров замечательно показан в этом фильме. Особенно мне понравилось, как он в конце потянулся. Это мы тоже видели. Что-то есть такое детское в этом страшном человеке. И то, что он в нашем присутствии снял с себя пес (чеченский головной убор) и вытер им пот, в точности, как мой двухлетний внук снимал с себя панаму, вытирал свою мордашку и надевал ее обратно, – таким же точно детским жестом... Те, кто смотрел грозненское телевидение в первые дни после убийства Наташи Эстемировой, говорили, что он был крайне растерян, что он говорил совсем не так уверенно, как сейчас. Он был крайне растерян, обескуражен и испуган. И потом, если вы помните, президентом Российской Федерации были произнесены слова: “Для российской власти неприемлема примитивная версия о причастности к этому убийству руководства Чечни. Рамзана Кадырова часто критикуют и хотят изобразить плохим мальчиком. Так вот, он не такой уж плохой мальчик”. Видите, ассоциации с ребенком не только у меня. Так вот, этот мальчик понял, что ему можно многое. Что ему можно всё. И мы сейчас живем при этом самом мальчике, которому можно всё. Мальчик он, может быть, очень даже несчастный – по тому, какое он прожил детство, какая у него была юность. Но это страшный мальчик».

Светлана Ганнушкина процитировала сотрудника чеченских внутренних органов («который не уполномочил меня, чтобы я называла его имя»): «Если кто-нибудь будет вам говорить, что в Чечне работать трудно, он солжет. В Чечне работать невозможно».

В другом эпизоде фильма Лиза Алисова спросила молодого чеченского тележурналиста, сделавшего первый репортаж о гибели Эстемировой и больше никогда не возвращавшегося к этой теме: «Скажите, а вы могли бы публично критиковать Рамзана Кадырова?» Молодой человек на мгновение напрягся, но потом ответил: «Рамзан Кадыров все делает отлично! Нам незачем его критиковать».

Французский фильм не дает буквального ответа на вопрос, вынесенный в заглавие. Но по смыслу он утверждает то же, что сказал руководитель Правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов на следующий день после убийства: в Чечне есть человек, который несет прямую ответственность за это преступление.

После просмотра фильма сотрудник Правозащитного центра «Мемориал» Александр Черкасов рассказал о результатах расследования убийства Натальи Эстемировой, которое ведет Управление по расследованию особо важных дел Главного следственного управления Следственного комитета, и о результатах независимого расследования, которые были представлены в докладе ПЦ «Мемориал» «Два года после убийства Натальи Эстемировой: следствие идёт по ложному пути».

«В итоге, – заключил он, – мы имеем полную несостоятельность официальной версии. На опровержение наших доводов и для ответа на все наши вопросы у Следственного комитета было 10 дней. Сегодня господин Маркин заявил, что мы («Мемориал») не обладаем всей полной информацией, относящейся к версии шалажинских боевиков, и не ответил ни на один из наших вопросов. То есть, либо он клинический идиот, либо он покрывает убийц. На вчерашней пресс-конференции мы повторили свои доводы и вопросы, как в анекдоте, два раза и медленно. Если ответа так и не последует, мы выберем худший из двух этих вариантов».

После этого состоялось короткое обсуждение фильма, на котором выступили Светлана Ганнушкина, Алена Закс, Юлия Климова, Елена Санникова. «Сегодня у нас печальный повод для памяти, а я бы предложила отметить ее день рожденья – 28 февраля, чтобы поговорить о живой Наташе», – предложила Светлана Ганнушкина.

Затем участники перешли к поминальной части вечера. Один из поминальных тостов произнес Александр Лавут. «У правозащиты – женское лицо, – сказал он. – Место Наташи Эстемировой – в одном ряду с Татьяной Великановой, Ларисой Богораз, Софьей Каллистратовой, теперь к ним присоединилась и Елена Боннэр».

Николай ГЛАДКИХ,
Международный «Мемориал»
Фото автора