II. Условия жизни и проблемы безопасности внутриперемещенных лиц
и жителей Чеченской республики

Наиболее актуальной для жителей Чеченской Республики остается проблема безопасности, однако нерешенность бытовых проблем является весьма важным фактором, угнетающим существование населения.

Большинство внутриперемещенных лиц (ВПЛ) было вынуждено вернуться в ЧР, отчасти поверив обещаниям власти выплатить компенсацию в первоочередном порядке, отчасти из страха остаться вовсе без крыши над головой. Только часть из них смогла найти пристанище в 32 пунктах временного размещения (ПВР) и 15 местах компактного проживания (МКП), в которых было зарегистрировано около 37 тыс. человек. Реальная вместимость пунктов размещения ВПЛ значительно меньше, поэтому около трети зарегистрированных состоит там лишь на довольствии, проживая фактически в частном секторе.

Проблема обустройства ВПЛ на протяжении последних лет остается одной из самых злободневных в Чечне. ВПЛ в ЧР подразделяются на три категории.

Самая большая категория – 132 тысячи из общего количества зарегистрированных ВПЛ – проживают в частном секторе. Единственная помощь, ранее оказывавшаяся данной категории населения – это выдача хлеба в соответствии с постановлением Правительства РФ от 3 марта 2001 г. №163 и из расчета 6 рублей на одного человека в день. Выдачу хлеба прекратили в августе 2004 года. А в ноябре 2005 года, по информации руководителей Управления по делам миграции ЧР, указанная категория ВПЛ Федеральной миграционной службой и вовсе снята с государственного учета.

Численность второй категории ВПЛ, проживающих, согласно все тому же постановлению №163 Правительства РФ по оплачиваемому из государственного бюджета договору найма жилья, составляла на конец 2005 г. 1313 семей, или 7432 человек.

В сравнении с другими, к наиболее защищенной категории ВПЛ до последнего времени относились жители ПВР. Согласно Постановлению РФ №163, ВПЛ, проживающие в ПВР, получают по линии миграционной службы продукты из расчета – 15 рублей в день на человека, что составляет менее 0,5 Евро. Этих продуктов не хватает, их качество весьма низкое, но все же они служат подспорьем жителям ПВР.

На конец 2005 года в существующих на территории Чеченской республики 32 ПВР и 15 МКП на учете и довольствии состояло 6346 семей, или по-другому – 36850 человек. Следует отметить, что из-за ограниченного количества мест в пунктах размещения большая часть этих людей лишь состоит на довольствии, проживая фактически в частном
секторе.

Положение в ПВР

Под ПВР в основном отведены восстановленные кирпичные здания бывших общежитий. ПВР гораздо более пригодны для проживания, чем лагеря и МКП. Условия проживания в них не изменились с тех пор, как людей в большой спешке там поселили. В жилых помещениях большая скученность, многие вынуждены спать на полу. Семьи из 5-6 человек живут в небольших комнатах. В этой же комнате они осуществляют и основные свои потребности: готовят еду, моются, стирают. Все это приводит к антисанитарии. В большинстве ПВР не налажены канализационные системы, душевые и прачечные. Надо отметить, что УДМ ЧР, осознав серьезность данной проблемы, начала выделять транспорт для вывоза людей в баню раз в неделю.

Следует отметить, что ВПЛ, которым не нашлось места в ПВР, часто живут во много худших условиях.

Однако сейчас для жителей ПВР наступают тяжелые времена. Начиная с апреля этого года проводится кампания по ликвидации ПВР на территории Чеченской республики.

19 апреля 2006 г. Председатель правительства Рамзан Кадыров провел совещание с начальником миграционной службы Асу Дударкаевым и комендантами ПВР. На совещании Кадыров заявил о намерении закрыть все пункты временного размещения, поскольку они являются, по его словам, «гнездом преступности, наркомании и проституции». Председатель правительства заявил, что люди обленились и не желают приводить в порядок свое жилье. Он сослался также на мнение военных, которые утверждают, что в ПВР ночуют участники незаконных вооруженных формирований.

В действительности в ПВР живут, в основном, одинокие старые люди, в том числе – русские старушки, которым некуда идти, многодетные матери с детьми. По официальным данным ФМС России на конец 2004 года в ПВР на территории Чеченской республики проживало 2712 детей в возрасте от 1 до 3 лет, детей постарше в несколько раз больше. Их матери погружены в бытовые проблемы, они с трудом могут прокормить детей.

Что касается преступников, которые могут укрываться в ПВР – им это сделать там гораздо труднее, чем в частной застройке. Пункты находятся под милицейской охраной – там есть охрана, обязанная следить за приходящими. Если же в ПВР ночуют боевики – у властей на глазах, под охраной милиции, то это реальная возможность задержать их. В большинстве известных нам случаев задержания жителей ПВР или их посетителей, задержанные не были причастны к НВФ, а оказывались невинными жертвами произвола.

Распоряжением премьера Чечни Рамзана Кадырова в республике была создана специальная комиссия по контролю за соблюдением норм и правил проживания ВПЛ в пунктах временного размещения. В состав комиссии были включены главы районных администраций, начальники РОВД, представители миграционной службы и депутаты парламента. Контроль за деятельностью специальной комиссии взял на себя лично Рамзан Кадыров.

Поскольку ПВР расположены в тех немногих зданиях, которые были восстановлены, планы по их использованию, разумеется, есть у всех представителей власти. Об этом говорилось 9 марта 2006 г. на совещании Рамзана Кадырова с главами администраций городов и районов. На этой встрече глава администрации Старопромысловского района г. Грозный Астамиров поставил вопрос о необходимости освобождения зданий, отведенных под ПВР, так как в них необходимо разместить школы, детские сады, поликлиники (Приложение 1).

Кампания по ликвидации ПВР, проводимая местными властями, идет вразрез с усилиями федерального центра по обеспечению выплаты пенсий и детских пособий, созданию функционирующей системы образования и здравоохранения. Средства, выделяемые на восстановление разрушенного жилого фонда Чечни, не доходят до людей. Грозный стоит в неразобранных развалинах, рабочие места не создаются.

Социальное обеспечение

Социальное положение жителей Чечни и ВПЛ, вернувшихся домой, в сущности одинаково. По данным Минэкономразвития ЧР, в республике насчитывается до 400 тысяч безработных, что составляет 65% трудоспособного населения. Программой сокращения безработицы в 2005 г. предполагалось создать 20 тысяч новых рабочих мест, но добиться этого не удалось. Главная причина срыва программы – нехватка денег на восстановление промышленных предприятий и пуск их в эксплуатацию.

Общее состояние здравоохранения не позволяет наладить полноценное обслуживание ВПЛ. В медицинских учреждениях не хватает медикаментов и оборудования.

18 апреля 2006 г. в Грозном был торжественно открыт республиканский родильный дом № 2. Он был разрушен в результате военных действий в 2000 г. и восстанавливался по линии федеральной целевой программы более двух лет. На открытии выступил Президент ЧР Алу Алханов. По его словам, до конца текущего года планируется сдать в эксплуатацию еще несколько десятков подобных объектов: больницы, школы, родильные дома, промышленные предприятия.

Однако медицинское обслуживание в роддомах стоит недешево. В интервью корреспонденту Интернет-ресурса «Кавказский узел» одна из чеченских женщин так охарактеризовала работу роддомов в Чечне:

«Здесь за все надо платить. За койку – плати, за уколы – плати, за обследование – плати. Отдельно санитарке, врачу, медсестре, а это где-то три с половиной – пять тысяч рублей (105-155 Евро). Не заплатишь – никто не обратит внимания ни на мать, ни на новорожденного ребенка».

Таких денег у ВПЛ, как и у большинства других жителей Чечни, просто нет. А между тем, рождаемость в Чеченской республике выше, чем в других регионах, она составляет 40-45 тысяч детей в год. Эту цифру привел Президент ЧР Алу Алханов на открытии роддома.

Из-за отсутствия медицинской помощи, неудовлетворительных бытовых условий, последствий стрессов дети и взрослые часто болеют. В Комитете «Гражданское содействие» два года действует медицинская программа помощи больным жителям Чеченской Республики при поддержке Бюро Европейской Комиссии по гуманитарной помощи. Осуществляется помощь больным на месте – предоставляются лекарства, оплачиваются медицинские исследования, организуются врачебные консультации. Тяжелым больным, нуждающимся в лечении за пределами региона, оказывается помощь в организации лечения в Москве и других городах России, а также в оплате проезда, медикаментов, медицинских обследований. За весь период медицинскую помощь получили около 5000 больных, многие из них были госпитализированы в больницах Москвы.

Эта программа будет продолжена еще на один период в 10 месяцев, востребованность ее очень велика, однако она не решает проблемы недостаточного медицинского обслуживания жителей Чечни.

Часто дети ВПЛ не посещают школу, одних родители не могут собрать надлежащим образом из-за отсутствия денег, другие не посещают школу из-за большого отставания, третьих родители не отпускают в далеко расположенные школы из соображений безопасности. Школы, которые принимают детей ВПЛ, перегружены, не хватает школьных
учебников.

Лучше всего медицинская, продовольственная, социальная, юридическая помощь для ВПЛ организована там, где работают международные и неправительственные организации.

Одна из самых крупных зарубежных гуманитарных организаций, действующих на Северном Кавказе – Датский совет по беженцам. Он работает на Северном Кавказе уже семь лет и оказывает гуманитарную помощь 250 тысячам человек, прежде всего – находящимся в Чечне. В начале февраля этого года его деятельность оказалась под угрозой
закрытия.

6 февраля Рамзан Кадыров, бывший тогда и.о. главы правительства Чеченской республики, заявил, что в связи со скандалом вокруг опубликованных в Дании карикатур на пророка Мухаммеда в Чечню больше не будут допускаться датские организации. Вице-премьер ЧР по социальным вопросам Халид Вайханов направил об этом официальное уведомление главе представительства Управления по координации гуманитарных вопросов ООН в РФ Стивену Таллу.

После этого Датский совет по беженцам временно сократил объемы своей деятельности в Чечне до получения официальной информации от российских властей по поводу своей дальнейшей работы.

Заявление Кадырова было воспринято федеральной властью отрицательно. Очевидно, что решение Кадырова выходило за рамки его полномочий. Комиссар Совета Европы по правам человека Альваро Хиль-Роблес в ходе визита в Чечню призвал разрешить деятельность в республике Датского совета по беженцам.

В результате, 7 марта 2006 г., после месячного перерыва, Датский совет возобновил свою деятельность в полном объеме.

13 июля 2006 г. замдиректора Всемирной продовольственной программы (ВПП) ООН в России Корюн Алавердян заявил, что для обеспечения чеченских беженцев и перемещенных лиц продовольствия осталось всего на три месяца.

Служба новостей ООН отмечает, что ВПП необходимо 22 млн. долларов, чтобы накормить около 250 тысяч чеченцев, которые в результате военного конфликта вынуждены были покинуть свои дома или просто не имеют средств к существованию. Однако представителям Программы ООН удалось собрать только 28% от необходимой суммы.

ВПП испытывает финансовые трудности в Чечне с начала 2006 года. Из-за дефицита средств ВПП вынуждена была ограничиться обеспечением нуждающихся только пшеничной мукой, в то время как раньше в рамках Программы распределялись и другие продукты, в том числе крупы, растительное масло, сахар и соль.

Компенсации

Из общего числа ВПЛ, проживающих в ПВР на территории Чеченской Республики, т.е. из 39 тыс. человек, только 3,6 тыс. человек подали заявления на выплату компенсации, из них жилье 2,5 тыс. человек было включено в перечни разрушенного жилья, что является условием выплаты компенсации. И только 977 семей получили компенсацию.

С целью высвобождения места в ПВР семьи, получившие компенсацию, снимаются с довольствия и ставятся перед фактом выселения из ПВР в короткий срок. Аргументы ВПЛ, что им необходимо время для восстановления своего жилья, не находят понимания со стороны чиновников миграционных служб. Для получения резерва комнат в ПВР проводится также проверка состояния жилья, которое занимали ВПЛ до военных действий.

Правительственный комитет ЧР по делам ВПЛ заявил, что обследовал 3287 адресов и что им было составлено 1098 актов о пригодности для проживания проверенного жилья. Однако при проверке сотрудниками НПО выяснилось, что многие ВПЛ до выезда из Чечни жили в оставленных другими помещениях или у родственников, т.е. им не принадлежат дома по указанным адресам, а их собственные дома были разрушены еще во время первой волны военных действий в 1994–96 гг. Поэтому им нечего восстанавливать и негде поселиться. Кроме того, вызывает сомнение добросовестность проведенной проверки. Например, семейное общежитие в городке Маяковского (г. Грозный), стертое с лица земли в ходе военных действий, на месте которого уже возведена мечеть, также внесено в перечень пригодного для проживания жилья.

Надо отметить, что после ряда встреч возмущенных жильцов ПВР с властями и вмешательства в сложившуюся ситуацию представителей правозащитных организаций выселение из ПВРов жильцов, получивших компенсацию, удалось на время предотвратить.

Одновременно с этим в ЧР снимаются с учета в ПВР лица, от которых приняты заявления на получение компенсации. Приказ об этом был направлен руководителю УДМ ЧР руководством ФМС России, это приводит к тому, что ВПЛ, лишенные поддержки, занимают деньги под компенсацию. Когда же она им выплачивается, ВПЛ вынуждены тратить ее на покрытие долгов и текущее жизнеобеспечение. Проблема же жилищного обустройства остается нерешенной.

Постановление Правительства РФ от 4 июля 2003 г. № 404 определило выплату в Чечне компенсации за утраченные жилье и имущество, равную 350 тыс. рублей (примерно 10 тысяч Евро) на семью только за одно полностью разрушенное строение. Никакие компенсационные выплаты за жилье, признанное восстановимым, не предполагаются. Выплаты идут очень медленно, периодически прекращаясь на длительный период. При этом, как руководством ЧР открыто признается, что в Чечне необходимо отдать в качестве взятки за назначение компенсации от 30% до 50% ее суммы, это же отмечается в докладе г-на Хиль-Роблеса,.

В общей сложности компенсацию получили 39 тыс. семей, что соответствует выделенным на эти цели из федерального бюджета 14 млрд. рублей.

Безопасность в ПВР

Формально безопасность жителей ПВР обеспечена лучше, чем других жителей Чечни, поскольку у них есть охрана. Для обеспечения безопасности ВПЛ в здание ПВР на круглосуточное дежурство выставляется по 2-3 охранника из вневедомственной охраны МВД. Однако многие ПВР подвергались вооруженному нападению, при этом охранники не могли вызвать помощь, потому что у них нет рации. Кроме того, они не в силах были отразить нападения самостоятельно. После ряда случаев захвата оружия у охранников ПВР вооруженными лицами руководство МВД решило не выдавать им его вообще. Руководители миграционной службы под предлогом нецелесообразности содержания «не адекватной охраны», намерены отказаться от услуг вневедомственной охраны и обеспечивать правопорядок на территории ПВР силами самих ВПЛ. Они считают, что сэкономленные таким путем деньги (услуги сотрудника вневедомственной охраны обходятся в 22 тысячи рублей в месяц) целесообразно использовать на другие нужды ВПЛ.

О том, что безоружная охрана не состоянии защитить жителей ПВР, свидетельствует недавний случай в ПВР «Окружная» в Грозном.

12 апреля 2006 г. в 12.30 часов дня сотрудники местных силовых структур на автомашине БМВ стального цвета приехали в ПВР по ул. Окружная г. Грозного. Охрана побоялась остановить машину, видя, что в ней сидят трое вооруженных людей в камуфляжной форме, очевидно, сотрудники какой-то местной силовой структуры.

Машина подъехала к домику № 95, где проживает семья Тазбаевых.

В доме находились глава семьи Хеда Оздиева, ее сын Леча Тазбаев, 1986 г.р., сноха Руна и дочь Милана Тазбаевы.

Вооруженные люди не представились, без стука вошли в дверь, увидев лежащего на кровати Лечу, один из приехавших спросил его имя и, получив ответ, сказал: «Ты-то нам и нужен». Мать загородила собой дверь и сказала, что сына никуда не выпустит. Ей было сказано, что у него хотят что-то спросить, не более. Хеда пропустила их внутрь дома. Они окружили Лечу и вывели его на улицу. Мать схватилась за ручку машины и стала звать соседей на помощь. Кода люди стали подходить, один из военных ударил ее по руке прикладом автомата и отшвырнул в сторону. Хеда упала на лестницу. Машина выехала со двора, чуть не сбив женщину, идущую навстречу. Тем временем сестра Лечи, Милана, побежала звать на помощь сотрудников вневедомственной охраны, которые охраняют ПВР, но, увидев, как увозят ее брата, она потеряла сознание.

Обращения родственников и соседей похищенного в органы внутренних дел и прокуратуру ни к чему не привели — нигде не смогли или не пожелали ответить, где находится Леча Тазбаев.

На следующий день, 13 апреля, около 200 жителей ПВР перекрыли трассу. Люди требовали вернуть юношу и оставить их детей в покое. К митингующим приехал министр руководитель УФМС по ЧР Асу Дударкаев. По словам жителей ПВР, он связался по телефону с Алу Алхановым и рассказал о случившемся. После разговора с ним Дударкаев попросил людей освободить трассу и обещал вернуться через 2 часа вместе с Лечей. Люди освободили трассу, но не стали расходиться. Поздно ночью Дударкаев вернулся и сообщил, что не смог найти Лечу. На утро люди вновь перекрыли дорогу и разошлись только после того, как им сообщили, что Леча находится в РОВД Курчалоевкого района. Мать вместе с адвокатом поехала туда. Им удалось увидеться с Лечей, который рассказал, что его избивали и принудили подписать признание в ряде преступлений, в том числе и в участии в прошлогоднем нападении на Курчалоевский РОВД, к которому на самом деле не имел никакого отношения.

В этот же день, после встречи с матерью, Леча был перевезен в Введенский РОВД по месту жительства. Там он пробыл еще двое суток. Между тем, о его задержании были проинформированы правозащитные организации, которые сделали соответствующие запросы. Также родственники Лечи нашли знакомого человека в высших кругах который посодействовал тому, что с Лечи были сняты все обвинения, кроме ст. 208 (участие в НВФ). Сейчас он находится дома под подпиской о невыезде. Скоро должен состояться суд.

Силовые структуры различной ведомственной принадлежности продолжают проводить так называемые «проверки паспортного режима» в ПВР, превращающиеся в грабежи и захваты их жителей. Такие проверки проводятся, как правило, ночью или на рассвете в оскорбительной для жителей форме.

Характерен случай, происшедший 28-29 июля 2005 г. с Ильясом Азимовым, увезенным из ПВР, расположенного на ул. Кольцова, 4. Для него уже было «заготовлено» преступление, в котором он должен был сознаться. Задержание Азимова сопровождалось грубостью по отношению к жителям ПВР и избиению его родственников: матери и сестры. Только немедленное вмешательство участников проходившей в эти дни конференции на тему «Усиление роли правоохранительных органов в области защиты прав человека в Чеченской республике» спасло Ильяса Азимова от пыток, осуждения за несовершенное преступление и долгих лет заключения (см. Приложение 2).

Такие случаи – не редкость. А после заявления Кадырова о том, что ПВР являются рассадником «преступности, наркомании и проституции», у властей появился дополнительный стимул «проиллюстрировать» эти обвинения.

20 апреля 2006 г., в 5 часов 30 минут утра в пункте временного размещения Кольцова-1, расположенного по адресу: г. Грозный Старопромысловский район, городок Маяковского, — провели проверку паспортного режима. Указанное мероприятие, как удалось выяснить администрации ПВР, проводилось силами комендатуры и отдела внутренних дел Старопромысловского района. О проведении проверки не были поставлены в известность ни комендант ПВР, ни Управление федеральной миграционной службы по Чеченской республике. Во время проверки не было ни представителя прокуратуры, ни сотрудников администрации района, которые следили бы за законностью действий военнослужащих и сотрудников милиции.

В ходе незаконной операции были задержаны две женщины: жительница ПВР Авторханова Зульфия Махмудовна, 1974 г. р., и гостившая у неё двоюродная сестра — Лорсанова Малка Сахьяновна, 1975 г.р. Обе работают на стройке штукатурами. Они были доставлены в ОВД Старопромысловского района.

При проверке паспортов Малку Лорсанову задержали, так как у нее не оказалось с собой паспорта. Она оставила его матери, проживающей в селе Подгорное Надтеречного района, для подачи документов в службу занятости. В залог забрали паспорт у сестры – Зульфии Авторхановой — и провели обыск у нее в комнате. Ничего противозаконного при обыске не нашли. Через короткое время решили провести обыск повторно. Зульфия при этом не присутствовала – она отводила ребенка к соседке.

Повторный обыск проводили четыре человека, один из них с видеокамерой. Понятых не приглашали. Через 20 минут подошла Зульфия. Милиционеры сказали ей: «Смотри, что мы у тебя нашли», — и показали на спичечные коробки, разложенные на столе. Женщина в недоумении спросила их, что это, на что они ответили — «трава». Зульфия заявила, что не знает, что это — это ей не принадлежит. Милиционеры угрожающе сказали: «таких, как ты, надо сажать, и надолго».

Сотрудники милиции, как сообщили жильцы ПВР, пригласили малограмотных старушек подписать протокол уже после того, как спичечные коробки были разложены на столе.

Зульфию Авторханову и Малку Лорсанову доставили в ОВД Старопромысловского района. Около РОВД собрались жители ПВР, подъехали матери задержанных. Мать Зульфии, зашедшая в здание РОВД похлопотать за дочь, была выброшена на улицу с оскорблениями и побоями.

После избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде задержанные девушки были отпущены.

Кроме проверок паспортного режима в ПВР проводятся спецоперации. Как и ранее, когда осуществлялись широкомасштабные жесткие «зачистки», для этого задействуется мощная военная техника, а также значительное число военнослужащих. Увезенные на допрос жители часто содержатся в неофициальных местах заключения, где подвергаются жесточайшим пыткам.

14 сентября 2005 г. рано утром из пункта ПВР по адресу: ул. Чайковского, 24, бойцами ОМОН ЧР был увезен Адам Албекович Дадаев, 1986 г.р.

Адам Дадаев собирался идти на работу, он работает подсобным рабочим на стройке. Выйти с территории ПВР он не смог, так как она была блокирована бойцами ОМОН. Дадаева задержали во дворе. Омоновцы врывались в комнаты, угрожая оружием. В двух комнатах были взломаны двери. В комнате Дадаевых произвели обыск, не предъявив санкции на него, без участия понятых и без протокола. В ходе обыска ничего противозаконного не обнаружили. Матери Аслана Дадаева омоновцы не сообщили о задержании сына.

Сотрудникам ПЦ «Мемориал» удалось установить, что он был доставлен в отдел ОМОН, а оттуда передан в УГРО при МВД ЧР. 15 сентября Адама Дадаева отпустили. Больше суток он находился в расположении ОМОН ЧР. Его жестоко избивали, пытали током. Дадаева обвиняли в том, что он закапывал оружие на стройке, где он работал.

В апреле 2000 года, будучи 13-летним подростком, Адам Дадаев, проживавший в с. Зумсой Итум-Калинского района, был тяжело ранен в результате попадания авиабомбы в их дом. Адам получил многочисленные осколочные ранения по всему телу. Он перенес несколько операций, но в голове так и остался не удаленным 9-миллиметровый осколок. Из-за этого у Адама резко ухудшилось зрение.

После пыток, которым его подвергли, Адам Дадаев нуждается в серьезном лечении.

Преступления против мирного населения

Нужно отметить, что, несмотря на безоружную охрану, жители на территории ПВР все-таки находятся в гораздо большей безопасности, чем за пределами пункта, где их могут похитить и убить.

21 сентября 2005 г. в районе автовокзала г. Грозный неизвестными вооруженными людьми были похищены: Артур Абдулаевич Абдурзаков, 28 лет, и Малика Акаева, 26 лет, проживавшие в ПВР по адресу: ул. Чайковского, 24. По словам матери Малики Акаевой, в этот день ее дочь и Артур Абдурзаков созвонились и договорились встретиться возле автовокзала, нужно было перевезти некоторые вещи. От очевидцев этого происшествия ей удалось узнать обстоятельства похищения. Когда Артур подъехал к месту встречи, его машину блокировали неизвестные лица на трех автомашинах. За него вступилась Малика. Тогда неизвестные забрали и Малику.

На следующий день в районе пос. Черноречье г. Грозного были обнаружены трупы Абдурзакова и Акаевой. На их телах имелись множественные огнестрельные ранения, по характеру которых можно предположить, что их расстреляли в упор из автоматического оружия. По данному факту прокуратурой Заводского района возбуждено уголовное дело, которое едва ли будет расследовано.

Продолжаются преступления военных против мирного населения. Военнослужащие федеральных сил совершают ничем не мотивированные убийства мирных жителей. Обычно преступления совершаются в состоянии алкогольного опьянения. Приводим в качестве примера случай, имевший широкий резонанс в республике.

16 ноября 2005 г. в 19.00 в г. Грозный на просп. Тухачевского военнослужащие федеральных сил расстреляли три автомашины с местными жителями. В результате были убиты три человека Джамбулат Душаев, 35 лет, житель с. Старая Сунжа, Юсуп Усманов, 1973 г.р., житель с. Цоцин-Юрт, и Хусайн Ахмадов, житель с. Бачи-Юрт. Еще один житель с. Старая Сунжа, Мовсар Адамович Мунаев, 1983 г. р., получил тяжелые огнестрельные ранения и был госпитализирован.

Из рассказов очевидцев следует, что военные, числом до 12 человек, говорившие по-русски, подошли к просп. Тухачевского со стороны пос. Ханкала. Они остановили бортовой автомобиль «Газель», груженный вторсырьем, высадили водителя и двух пассажиров, уложили их лицом на землю и забрали документы. Затем военные стали избивать этих людей.

В стоящей на обочине автомашине «Волга» находились двоюродные братья Душаевы, Джамбулат и Руслан, жители с. Старая Сунжа. Военные заметили их, подошли к «Волге» и, угрожая оружием, приказали Душаевым выйти из машины. Их положили на землю рядом с тремя ранее задержанными людьми и также стали избивать.

В это же время военнослужащие остановили ГАЗ-53, из которого высадили еще двух гражданских лиц. Свои действия военные не объясняли, по словам очевидцев, они были пьяны.

Руслану Душаеву, Мовсару Мунаеву и двоим, ехавшим на автомобиле ГАЗ-53, удалось бежать. Вслед убегавшим военные открыли стрельбу на поражение, в результате Мунаев был тяжело ранен.

На место происшествия очень быстро прибыли сотрудники поселкового отдела милиции Грозненского сельского РОВД. Увидев их приближение, военные поспешили скрыться.

При осмотре места происшествия было обнаружено три трупа. Джамбулат Душаев был убит выстрелом в голову. Перед смертью он попытался прикрыть лицо рукой, пуля прошла между пальцами. Двоих других убитых опознать визуально было невозможно, так как их лица были обезображены огнестрельными ранениями и ударами тупых предметов. Их личности были установлены позднее. На спине одного из них сотрудники милиции насчитали девять колото-ножевых ранений.

Утром на месте происшествия побывало почти все руководство республики. О случившемся доложили президенту ЧР Алу Алханову.

По подозрению в убийстве было задержано трое военнослужащих. В апреле 2006 г. один из них, солдат-контрактник Кривошонок А.Ю., за убийство трех мирных жителей был приговорен к 18 годам лишения свободы. Контрактник утверждал, что убил людей из-за их «вызывающего поведения». С воинской части, в которой служил осужденный, суд взыскал по 200 тысяч рублей в пользу семей убитых — всего 600 тысяч.

Второй задержанный контрактник, Павел Зинчук, который ранил в ногу М. Мунаева и расстрелял из автомата два автомобиля, 16 мая был приговорен Грозненским гарнизонным военным судом к 7 годам лишения свободы.

По делу проходит еще один обвиняемый — командир разведгруппы Анатолий Пятницкий. Его дело также рассматривает Грозненский гарнизонный суд.

Во время выборов в парламент Чеченской республики произошел невероятный, чудовищный случай – российский военнослужащий, охранявший избирательный участок, застрелил главу местной администрации.

28 ноября 2005 г. около 4 часов утра в с. Нохчи-Келой Шатойского района на избирательном участке российским военнослужащим был убит глава администрации с. Памятой Султан Адманович Демильханов, 1966 г. р. По словам Руслана, брата убитого, около двух часов ночи Султан вместе с двумя своими охранниками выехал в с. Нохчи-Келой с целью забрать протоколы выборов и доставить их в окружную комиссию Шатоя. Военнослужащий открыл огонь, когда автомашина уже подъехала к школе и вышедшие из нее охранники направились к зданию. Три выпущенные пули попали в машину, Султан, находившийся в салоне, был ранен в бедро. При этом, по словам охранников, никакого предупреждения военнослужащим сделано не было.

От потери крови Демильханов скончался. Оказать необходимую помощь раненому не представилось возможным, так как ближайший медпункт находится в часе езды от места происшествия.

Военнослужащий комендатуры Шатойского района Дмитрий Арнаутов, совершивший убийство, входил в совместную группу военных и сотрудников милиции, выставленных в школе для обеспечения охраны избирательного участка. По данному факту возбуждено уголовное дело по статье «умышленное убийство».

Продолжаются артиллерийские обстрелы сел, совершаемые, как говорят военные, из-за ошибок расчета. В результате обстрела с. Старые Атаги было ранено шесть человек.

9 сентября 2005 г. в 3 часа ночи с. Старые Атаги Грозненского (сельского) района подверглось обстрелу. Ранения различной тяжести получили шесть местных жителей. Повреждены три дома: два — на ул. Зеленая, один — на ул. Подгорная. Убито несколько голов скота. Местные жители утверждают, что по селу было выпущено двенадцать снарядов, четыре из которых взорвались во дворе домовладения семьи Юсуповых по ул. Зеленой.

Осколочные ранения получили шесть человек, проживающих там: Муса Харонович Юсупов, 1936 г.р., Хамила Юсупова, 1937 г.р., Яха Бердукаева, 1953 г.р., Аймани Аюпова, 1977 г.р., Элина Юсупова, 1997 г.р., Адам Юсупов, 1988 г.р.

С помощью соседей четверо раненых сразу же были доставлены в местную больницу. Элину Юсупову увезли в городскую детскую больницу № 2 и после операции госпитализировали в реанимационное отделение, ее состояние оценивалось как тяжелое. В тяжелом состоянии находились Муса и Хамила Юсуповы.

Было возбуждено уголовное дело по ст. 349 ч. 1 УК РФ — «нарушение правил обращения с оружием, повлекшее тяжкий вред здоровью».

27 сентября 2005 г. в 3 часа ночи с. Джалка Гудермесского района подверглось артиллерийскому обстрелу. Село и его окрестности было обстреляно четыре раза с короткими перерывами.

В черте села упало около 10 снарядов. По счастливой случайности обошлось без человеческих жертв. Повреждения получили несколько домов. Больше всего пострадал дом Бексолты Садиева, проживающего в центре села, была ранена его корова.

Утром 27 сентября в село приехали сотрудники Гудермесской комендатуры. Они осмотрели место, где разорвались снаряды, выплатили Садиевым 17 000 рублей за причиненный ущерб. Военные извинились за ночной инцидент, объяснив, что село обстреляли по ошибке молодые артиллеристы. Стрельба велась с территории воинской части, дислоцирующейся в г. Гудермес. Это не первый случай, когда артиллеристы по ошибке обстреливают с. Джалка, но не было еще ни одного случая наказания виновных.

Даже в центре Грозного сохраняется опасность минометного обстрела.

24 августа 2005 г. в 9 часов утра в Старопромысловском районе г. Грозного в дом Магомадовых, проживающих по адресу: ул. Гаражная, 5, кв. 2, попал минометный снаряд, разворотив крышу и потолок одной из комнат.

По счастливой случайности обошлось без человеческих жертв. Находящиеся в это время в доме — хозяйка, Малижа Магомадова, и ее малолетние дети (четырех, пяти и восьми лет) — не пострадали, так как спали в другой комнате.

На месте происшествия работала следственная группа правоохранительных органов. Их действия ограничились опросом потерпевших и сбором осколков. Уголовное дело возбуждено не было, материальный ущерб не возмещен.

Описанные случаи показывают, что войска федеральных сил, находящиеся в республике с целью стабилизации ситуации, сами представляют угрозу для жизни мирных граждан.

История жителей с. Бороздиновская, покинувших село после «спецмероприятия» 4 июня 2005 г., продолжается уже больше года.

В тот день в три часа дня село было захвачено группой вооруженных людей в количестве 70–80 человек, передвигавшихся на бронетехнике и автомобилях. Позднее выяснилось, что это были военнослужащие батальона «Восток», о чем свидетельствует регистрационная запись от 20.00 5 июня 2005г. №535 в книге учета сообщений (КУС) по Шелковскому району МВД ЧР (Приложение 3). Они сожгли четыре дома, в одном из которых погиб 77-летний Магомаз Магомазов, и похитили 11 молодых мужчин, судьба которых до настоящего времени не известна.

Действительной причиной нападения военнослужащих послужило убийство незадолго до этого около Бороздиновской лесника – родственника Хамзата Гаербекова, по прозвищу Борода. В человеке, руководившем погромом, жители узнали Хамзата-Бороду – одного из военачальников батальона «Восток», возглавляемого Сулимом Ямадаевым. Люди из окружения Ямадаева, как и кадыровцы, бесконтрольно действуют на территории Чечни, учиняя суд и расправу над населением по своему усмотрению, не считаясь с законом.

Несмотря на очевидность произошедшего, в последующем проведение спецоперации отрицалось, расследование похищения людей, по которому было возбуждено уголовное дело, было приостановлено.

Жители станицы Бороздиновской не смирились с похищением их родственников. 16 июня они вышли из станицы и стали лагерем на поляне вдоль федеральной автотрассы на окраине города Кизляр Республики Дагестан.

Сначала это произвело впечатление на власти, к бороздиновцам приезжали президент ЧР Алу Алханов и вицепремьер правительства Рамзан Кадыров, который даже выплатил какой-то части жителей компенсацию. Бороздиновцам обещали, что будет проведено расследование и виновные будут наказаны. К началу июля станичники вернулись в свои дома.

Однако дело о похищении не двигалось, все забыли о нем, и бороздиновцы снова стали лагерем на территории Дагестана. Они пережили там тяжелую зиму, когда никто, кроме Комитета «Гражданское содействие», не оказывал им никакой помощи. Комитет в феврале 2006 г. привез в лагерь запас продуктов, одеяла, матрасы и постельное белье. Однако к концу июня продукты, поступившие от Комитета, почти закончились, у нескольких семей осталось по одному мешку муки.

Воду в лагере носят вручную за 400 метров. Медицинского обслуживания в лагере нет никакого. В местных больницах бороздиновцев с чеченскими медицинскими полисами не принимают, пока они не заплатят деньги.

Родители очень хотели бы устроить детей в летние лагеря, но никто не смог помочь им в этом.

В последнее время стало более активным общение с беженцами чиновников из Министерства по национальной политике и информации Республики Дагестан, которым, по их словам, дано поручение Президентом республики решить вопрос обустройства проживающих в лагере. Общение активизировалось после инцидента, произошедшего в лагере 4 июня 2006 г., в день годовщины бороздиновской трагедии. Беженцы решили в этот день перейти жить на поляну, которая считается по административно-территориальной принадлежности дагестанской. Как только они перетащили туда большую палатку, приехали милиционеры на двух автобусах и силой и уговорами заставили их перейти обратно. В лагерь приехал заместитель министра МВД РД и обещал беженцам в течение нескольких дней разрешить их проблему. Беженцы ждут этого до сих пор. Они просят:

– возвращения похищенных 11 человек и расследования уголовного дела по существу;

– выплаты компенсации за вынужденно брошенное в ЧР жилье или беспроцентные кредиты для строительства жилья;

– выделения земельных участков для строительства домов где-нибудь в Дагестане, пусть и в различных населенных пунктах.

По поводу расследования уголовного дела о бороздиновском преступлении военная прокуратура ОГВ на Северном Кавказе ответила, что «объективных данных, подтверждающих похищение и убийство жителей станицы военнослужащими, не имеется. В то же время эта версия тщательно проверяется следственным путём».

За «незаконное насильственное задержание мужского населения села и незаконный обыск домовладений» наказание понес только один офицер — командир роты батальона специального назначения ГРУ «Восток» Мухади Азиев. Против него было выдвинуто обвинение по статье «Превышение должностных полномочий». М. Азиев приговорен к трем годам лишения свободы условно.

Люди требуют полноценного расследования, которое власти не желают проводить, поэтому часть из них все еще находится в лагере, который уже никто не желает замечать. Власти Дагестана не решаются помочь соплеменникам, а в Чечне говорят, что все уже забыто, похитители продолжают служить в Российской армии.

По информации «Кавказского узла», опубликованной 20 июля 2005 г., в Главной военной прокуратуре «есть данные, что 11 похищенных 4 июня 2005 года жителей станицы Бороздиновская содержались некоторое время в частной тюрьме Рамзана Кадырова в Центорое». По словам следователей военной прокуратуры, об этих фактах «им стало известно из оперативных источников». «Однако проверить информацию мы не можем — нас просто не пускают в село, — подчеркнул сотрудник прокуратуры — Там своя власть, и федеральные структуры не имеют там никакой решающей силы».

Информация о том, что в родовом селе Кадыровых Центорое есть незаконное место содержания похищенных людей, которые подвергаются в нем пыткам, неоднократно поступала в правозащитные организации от многих побывавших там и оставшихся в живых. Наиболее известный, но далеко не единственный, эпизод — содержание в селе родственников бывшего президента Чечни Аслана Масхадова.

По всей видимости, это и послужило причиной того, что 1 мая 2006 г. делегацию Европейского комитета по предупреждению пыток, которая официально приехала в Чечню с целью проведения проверок мест содержания заключенных, не пустили в родовое село семьи Кадыровых – Центорой. У въезда в село делегацию вместе с представителями российских властей остановили сотрудники сил безопасности и отказали во въезде.

Делегация была допущена в село только на следующий день, 2 мая, после встречи с президентом ЧР Алу Алхановым. Президент извинился за произошедший инцидент, он сказал: «Я полагаю, что произошло недоразумение. На территории Чеченской республики нет и не может быть мест и населенных пунктов, куда не могла бы приехать, где не могла бы проводить свою работу европейская делегация».