30. Пределы использования ограничений
в отношении прав и свобод, гарантируемых Конвенцией (ст. 18)

Ст. 18 содержит запрет для государств-участников использовать ограничения, допускаемые Конвенцией в отношении гарантируемых прав и свобод, для каких-либо иных целей, чем те, для которых они предусмотрены. Данный запрет не может быть предметом отдельной петиции в Европейский Суд, т. е. ст. 18 — одно из «несамостоятельных» положений раздела I Конвенции1. На ст. 18 можно ссылаться лишь в том случае, если имеется подозрение в нарушении государством каких-либо иных конвенционных прав и свобод. Так, Суд до сих пор считал излишним изучение вопроса о возможном нарушении государством своих обязательств по ст. 18 в том случае, если он уже принял решение об отсутствии нарушения «основной» статьи по петиции2.
Из формулировки ст. 18 следует, что она распространяется на все без исключения ограничения, допускаемые по Конвенции. Речь идет не только об особых ограничениях согласно ст. 8–10 Конвенции, ст. 2 Протокола № 4 и ст. 1 Протокола № 7, но также и об ограничениях более общего плана, вводимых ст. 15–17.
Ст. 18 достаточно редко применяется на практике. Причем аналогичного положения нет в тексте Международного пакта о гражданских и политических правах.
1 Report of 14 July 1974, Kamma. Yb. XVIII (1975). P. 300; Report of 19 July 1974, Engel. Ser. B. Vol. 20 (1974–1976). P. 86; Report of 8 October 1980, Sporrong and Lunnroth. Ser. B. Vol. 46 (1986). P. 53; Application 9990/82, Bozano vs. France. Decisions and Reports. Vol. 39 (1984). P. 119.
2 Решение от 8 июня 1976 года по делу Engel. Ser. A: Judgments and Decisions. Vol. 22 (1977). P. 39–40.